– Вези на кладбище, там отдохнешь когда-нибудь. – Я разбудил светоча, а сам откинулся на сиденье, прикрыл глаза, готовясь к общению с мертвой сущностью.
Кладбища мира Фардия сильно изменились со времени моего прошлого обряда. Исчезли могильные плиты и шесты с ритуальными колокольчиками, молитвенными лентами. Аккурат над головами покойников, заложенных в вертикальные гробы, точнее, капсулы, в кадках росли карликовые деревья.
– После того как ты собрал зомби-армию, при погребении маг заклинанием дробит мертвецам кости, – вышагивая между длинных пронумерованных рядов, сообщил мне светоч. Его просторная ряса слабо светилась зеленым, отчего эльф сам походил на привидение.
– Паршиво, неприятно, но ни разу не действенно.
Я не удивился. Мертвая армия тогда всех перепугала.
– Среднестатистического некроманта такая мера остановит. Мэтра и тем более меня заставит вспомнить заклинание посмертной регенерации, обязательно вплетаемое при массовом поднятии трупов, – охотно пояснил я зевающему спутнику. – Кости срастутся, ткани соединятся. Зомби еще резвей станет. Лучше бы сжигали.
Религия запрещала кремацию. От моих слов Рэй поморщился. Он замешкался у указателя на двадцать седьмую линию, сверяясь с мятым листком шпаргалки, после свернул направо и выбрал семьдесят шестой ряд. Судя по подсвеченной заклинанием табличке, под ней в земле покоилась некая Наяра Варай.
– Тут.
Тут так тут. Я присел на корточки, встряхнул руками и положил ладони на землю, проверяя – действительно ли под кадкой скрыт гроб. Потом обнял кадку и застыл.
«Вирана». – Я потянулся силой под землю, продираясь сквозь экранирующие магию заклинания, сквозь антипоисковые чары. Углубившись на метр, наткнулся на личину-обманку. Ого, защита!
Гроб оказался металлическим с примесью свинца. Если верить ощущениям, посеребренным. Последние сомнения в личности покойницы отпали. Тем сильнее я удивился, обнаружив иссохшее до состояния мумии женское тело и спрятавшегося внутри него перепуганного призрака.
«Вирана, откликнись! Приказываю тебе!»
Ага, сейчас! Призрак втянулся в позвоночный столб скелета, не желая идти на контакт. Даже у слабых умом посмертные призраки проявляли большую сообразительность и общительность.
Я «заглянул» в мертвые глазницы. Призрак боялся гнева королевы. Прежде всего королевы, а потом уже сестры – Найрены.
«Вирана, помоги убить Найрену. Без тебя не справлюсь».
В ответ пришел слабый заинтересованный отклик. Уже хорошо.
Я рассказал Виране о памятнике, сооруженном на месте ее «официальной» могилы, и ощутил слабую радость, что старшая сестрица не нашла младшую.
Начались безмолвные переговоры и торг. Мертвые гораздо скупее и сварливей живых. Но цель моя выглядела слишком заманчиво. И, снедаемая завистью к богатой живой родственнице, Вирана расщедрилась.
Я открыл глаза и отстранился от воняющей перегноем кадки. Разжал занемевшие пальцы левой руки. Мумия поделилась со мной коричневым подгнившим зубом и прядью ломких волос. Неплохо.
– Успешно? – занервничал Рэй.
– Я готов провести обряд, добраться до памяти рода Оовей. Но не тут, иначе все кладбище встанет. И к утру от города останутся безжизненные стены.
Как бы светоч ни чтил некромантов, с кладбища он уходил едва ли не бегом.
Он отвез меня к складам в промышленную зону. Шел третий час ночи. Идеальное время для черных ритуалов.
Любое крупное магическое действо с жертвоприношением в этот час неизбежно привлекло бы стражу. Я обошелся малой жертвой – полоснул ножом по ладони над начерченными на земле знаками, щедро сбрызнул их кровью, шепнул слова заклинания.
Ночь вокруг набухала тьмой. Дегтярно-черные капли выступили на лучах моего чертежа. Они растекались по узору, повторяя его малейшие неровности. Находящийся со мной внутри защитного контура светоч замер, нервно следя за происходящим. Он восседал в центре малой многоугольной звезды, я в центре большой.
Подчиняясь моим приказам, черная жидкость пришла в движение. Одни фрагменты фигуры выгнулись, поднялись в воздух, другие ушли под землю. В самом центре образовавшейся трехмерной конструкции повисли подарки с кладбища – зуб и клок волос королевской сестры.
От земли потянуло сыростью. Вокруг медленно накапливался туман, закрывая обзор всем любопытным, если бы такие нашлись и сумели пересилить растекающуюся по окрестностям жуть.
Ночь издревле полагали идеальным временем для всякого рода колдунов и чародеев. Считалось, что тогда мы особенно сильны и коварны. Как бы не так. Просто ночью вероятность появления любопытных идиотов и всезнающих советчиков сводилась к минимуму. Отправил всех спать, а сам колдуй в собственное удовольствие. Никто не перепутает зелья, не затопчет пентаграмму, не выкинет важный ингредиент, не дернет за хвост вызванного демона. Спите, люди, смотрите сны, не отвлекайте меня от просмотра прошлого ненавистной королевы Найрены.
