Надо сказать, что элемент внезапности нам все же удался. Все происходило настолько быстро, что находящиеся в Буюкдере не успели ничего предпринять. Английские пароходы стояли с погашенными топками, поскольку никто из англичан не предполагал, что наш флот доберется до них так быстро. Господа офицеры Royal Navy были уверены, что спокойно успеют поднять пары в котлах и уйти в южную часть Босфора, пока русские будут топтаться у входа в пролив, пытаясь прорваться через два рубежа обороны. Действительность, как это часто бывает, вошла в противоречие с ожидаемым. И теперь, несмотря на отчаянные попытки машинных команд поднять пары в котлах, ничего не получалось. Поэтому все английские пароходы, отдав жвако-галсы и пожертвовав якорями, пытались уйти под парусами. Благо, ветер и течение благоприятствовали. Но увы, поздно. «Ростислав» уже входил в бухту Буюкдере и обрушил огонь своих орудий на пытающихся удрать англичан. Ответный огонь ему нисколько не мешал. Ядра отскакивали от бронированных бортов, не нанося повреждений. Но броненосец не стал подходить слишком близко. Развернувшись, и удерживаясь машинами против течения, он сосредоточил огонь в первую очередь на пароходах. Менее тысячи метров разделяли противников. На таком расстоянии промахнуться из нарезного орудия при отсутствии качки невозможно. Очень скоро снаряды, начиненные пироксилином, показали, что в стрельбе по морским целям они гораздо лучше, чем бомбы с брандтрубками, начиненные черным порохом. Если снаряд попадал в корпус корабля, взрыв создавал огромную пробоину, уходящую ниже ватерлинии, что вызывало быстрое поступление воды. Расправившись с пароходами, «Ростислав» перенес огонь на парусники. Ответная стрельба турок успеха не имела. Многочисленные ядра и бомбы, даже если и попадали в цель, отскакивали от корабельной брони, не в силах ее пробить. Именно поэтому также оказался неэффективен огонь береговой батареи, расположенной возле южного входа в Буюкдере. И закончив с теми, кто стоял в бухте, «Ростислав» тут же принялся за батарею. Много времени это не заняло, и броненосец двинулся дальше по Босфору, оставив после себя перемешанные с землей позиции на берегу и множество деревянных обломков на воде, которые постепенно сносило течением. Оставался последний серьезный участок обороны пролива — в самом узком месте, у мыса Кандилли. Именно туда и спешил «Ростислав», пока высадившийся десант вместе с остальными кораблями Черноморского Флота расширял плацдарм на обоих берегах Босфора.
