– Не будь такой наивной. Тем более в кузове еще и мой ящик с инструментами. – И он тоже скрылся в доме, не дожидаясь возражений.
Она нервно цокнула и отвернулась. Не спеша сошла со ступеньки, привалилась к борту пикапа и вытащила мобильник. Видео с новой работой так и не выложено. Самое время. Прохожие медленно потекли мимо развалюхи, Келли уставилась в экран и принялась быстро, привычно нарезать видео на куски и склеивать заново. После сотого видео начинаешь делать это с закрытыми глазами…
А Артур с папой всё еще не появились.
Сколько времени нужно, чтобы подняться наверх с железками и спуститься налегке?
По спине вдруг пробежал необъяснимы озноб.
Келли развернулась к прицепу, навалилась на него локтями и бесцельно осмотрела узкую улицу. Витрины, решетчатые окна кафе, люди за уличными столиками. Им всем словно нет дела до того, что происходит вокруг, но в то же время они будто исподтишка наблюдают и за развалюхой, и за кроватью… Всё тело начало показывать от невидимых взглядов, в солнечном сплетении уже знакомо завязался узел. Лёгкие сдавило.
Состояние всё больше напоминает паническую атаку. Когда необъяснимо колотится сердце и нечем дышать. Оно не в первый раз возникает за последние дни. Покалывание пронеслось по ногам, рукам, шее и сдавило голову.
Это уже нездоро́во.
Келли содрогнулась, сбрасывая с себя гадкое ощущение. Надвинула капюшон поглубже на лицо и снова уставилась в телефон. Просто чтобы переключить внимание. Загрузка видео наконец завершилась, оно ушло в ленту и… Дверь за спиной со скрипом открылась.
Сердце подпрыгнуло от безотчетного ощущения страха. Келли плотно сжала губы, стремительно развернулась. И наткнулась взглядом на Артура и папу за его спиной.
Пришли. Наконец-то. Конечно же, это они. Кто еще это мог быть? Узел в солнечном сплетении разорвался, легкие раскрылись, воздух ворвался в них сметающей волной. Но паника тут же вернулась.
Фантики!
Артур не спеша двинулся к машине. Келли перехватила его за руку, пальцы конвульсивно сжались. Она многозначительно округлила глаза.
– Успел? – проговорила одними губами.
Он ухмыльнулся и подмигнул. Обошел её, навис над кузовом и потянул на себя третью из четырёх деталей кровати. С души упал камень. А рядом остановился папа. Даже не запыхался.
– Тебе бы всё-таки подыскать что-то на первом этаже. – Он хмуро скрестил руки на широкой груди.
Боже, опять начинается. Келли отмахнулась.
– Мы много раз это обсуждали. Не нужно ничего искать.
– Но здесь для тебя реально высоко. – В его взгляде проступило беспокойство.
Он ведь никогда не перестанет об этом думать. Бесполезно переубеждать. Келли подавила вздох.
– Я не смогу всю оставшуюся жизнь избегать ступенек. – Она осторожно положила руку на папино плечо. – Зато мастерская за углом, ничего ближе мне не найти.
– Да, но…
– И Артур иногда носит меня наверх на плече.
Наверное, не стоило этого говорить. Но поздно. Папа скептически выгнул брови, резко развернулся к Артуру, и тот замер, опустив одну из половин дна кровати на тротуар. Папа прошёлся по нему обалделым взглядом с головы до ног.
– Ты хочешь заработать грыжу? – недоуменно зазвучал бас.
Келли задохнулась и закашлялась. Господи, только бы не ответил, только бы не ответил, только бы не ответил…
Однако Артур просто усмехнулся и поднял дно кровати.
– Мне не тяжело. – Он прошёл с ним в дом и исчез в полутьме. – Сейчас вернусь за ящиком! – крикнул уже оттуда.
И его шаги эхом зазвучали на лестнице, постепенно отдаляясь.
Папа на несколько секунд завис, с прищуром глядя ему вслед. Келли осторожно поверхностно выдохнула. Боже, по тоненькому прошёл. Ну надо же, а! Она нервно стянула с головы капюшон и потёрла лоб. В этот момент папа отмер, будто вспомнил, что хватит пялиться в пустоту, и двинулся к кузову. На его губах появилась едва заметная полуулыбка.
– Он неплохой парень, да? – Он схватился за последнюю деталь кровати.
Скрипящий звук в который раз распилил мозг надвое. Келли поморщилась.
– Очень хороший.
– Ну… я рад. – Папа кивнул, будто самому себе. – Но в следующий раз постарайтесь хоть немного убираться перед моим приездом. Не травмируй мою нежную психику. – Он поднял деталь на плечо и прошёл с ней мимо.
Щекам стало горячо. Огонь затопил уши и спустился на шею.
Твою. Же. Мать.
В горле застрял шершавый камень, Келли попыталась его откашлять и сглотнуть.
– Ладно, – вырвалось собственное карканье.
И она тут же спрятала пылающее лицо в ладонях.
***
– Что, даже на чай не останешься? – Келли с удивлённым видом поднялась со стула, на котором сидела последние минут пятнадцать, заполняя неловкие паузы трёпом.
Её отец забросил лишние шурупы в свой ящик и захлопнул крышку.
– Зачем я здесь? – Он поднялся с корточек и подхватил ящик.
– В каком смысле «зачем»?
Райан флегматично закатил глаза.
– Здесь слишком тесно для троих, кто-то должен уйти.
