– Разве? – Он искривил губы в ухмылке и двинулся в обход островка. Рядом зашуршал пакет и коробки с суши.
Что-то вроде обиды полыхнуло в груди. Хотя с чего бы? Вообще-то, Артур прав. Келли прикусила губу и впилась взглядом в салфетку, прихлопнутую к холодильнику. Не особо задумываясь, в очередной раз за последние несколько дней перечитала текст. Короткий. Она выучила его и глупо улыбалась каждый раз, когда лезла за едой.
И эта самая салфетка могла только что стать причиной скандала. Мать её.
А ведь Артур всё это время прикрывал дверцу своими плечами. С того момента, как встал, чтобы предложить чай. Келли облизнула пересохшие губы, резко развернулась и нашла его, сидящим за островом с куском ролла в длинных, красивых пальцах. Он точно ехал сюда не за тем, чтобы спасать чью-то задницу из огня отцовского гнева. Но спас.
Он святой. Святой оборотень. У него было полное основание сбежать еще на лестнице. Но он остался и сделал больше, чем от него можно было бы требовать. Нехорошо вышло…
Келли устало облокотилась на столешницу.
– Ладно, прости. – Она виновато посмотрела в спокойное лицо. – Может, всё и правда выглядит так, как ты сказал, то ты же сам видел, всё произошло слишком быстро и так тупо… А у тебя хорошо получилось подыграть. Спасибо.
Артур отодвинул от себя коробку. Поднял чистый, прозрачный взгляд. Изучающий. Оценивающий. Но вот он отвернулся и легко стряхнул с красивых пальцев прилипшие рисовые зёрна.
– Окей, проехали. – Он вдруг наклонился через столешницу и оставил на губах Келли тёплый, мимолётный поцелуй. – Это было несложно и больше не повторится, так что давай забудем.
В голове на мгновение поплыл туман. В солнечном сплетении чиркнула зажигалка, подпалив нервные окончания. Но стоп. В каком смысле не повторится?
– Я-а-а… – Келли завороженно уставилась на красивые мягкие губы. – Я думаю, повторится. И очень скоро.
– В смысле? – Черные брови Артур сошлись к переносице.
Он вообще не понимает, что это только начало?
– Папа не отстанет с барбекю. – Она осторожно заглянула ему в глаза.
А теперь чёрные брови недоверчиво поднялись. Артур фыркнул и отклонился чуть назад.
– Ты же шутишь, да? – удивлённо проговорил он.
Кажется, нет. Кажется, нужно самой привыкнуть к этой мысли.
– Он должен поверить, что у нас всё серьезно. – Келли потянулась вперед и вцепилась в тёплую, сухую ладонь.
– Но зачем?
– Я не хочу его расстраивать.
Артур скептически поморщился.
– Да он же не может всерьез думать, что ты живёшь здесь, как монахиня! – а вот сейчас его голос наконец вышел из берегов спокойствия и уверенности.
Келли закатила глаза.
– Конечно, он так не думает. В этом и проблема.
– Не вижу никакой проблемы. – Артур развёл руками. – Возможно, он психанул и перегнул палку, но пока доедет до дома, должен остыть и понять, что ты взрослая и не обязана в двадцать три отчитываться о том, с кем, когда и в какой позе ты спишь. Даже если это каждый вечер новый человек.
Похоже, всё-таки придётся кое-что прояснить. Келли закрыла глаза и сжала пальцами переносицу. Боль в висках медленно перетекла в глазницы. Всё шло слишком хорошо. Слишком гладко. Кто бы знал, что такое случится, чёрт!
– Слушай, я просто не хочу, чтобы папа волновался из-за моего образа жизни. – Келли наконец уронила руку и посмотрела на Артура. – Я несколько лет ни с кем его не знакомила, и тут он видит тебя. Что он должен думать? Как реагировать? Я и так была трудным подростком и доставила просто миллион проблем…
Она запнулась.
Келли прикусила губу, снова потянулась вперед и положила ладонь на крепкое предплечье.
– Помоги мне один раз, и папа больше не станет нам мешать, обещаю.
Артур опустил взгляд на её пальцы у себя на руке. Будто бы задумался. Молчание стянуло воздух.
– Это всратый план, – вдруг прозвучал скептический голос.
Вот же мать его!
– Как ты себе это представляешь? – Артур поднял взгляд, и в нём вдруг отразился океан недоумения. – Что я должен там делать?
Келли нервно поскребла пальцами шею. Как ему объяснить?
– Притворяться, что любишь меня? В конце концов, между нами есть секс, так что смущаться нам не придётся. А через какое-то время я скажу папе, что мы расстались, вот и всё. – Она отмахнулась. – У меня хорошие отношения с родителями. Я не хочу их волновать, они оба лучшие люди на свете…
Артур болезненно фыркнул и с силой потёр лицо ладонями.
– Серьезно? Это такой способ его не волновать?
Ладно, звучит действительно дерьмово. Но не поддакивать же.
– Нормальный план…
