Туён сделала жадный глоток воздуха и часто заморгала, приходя в себя. Первый убрал руку, сидел и безучастно смотрел в пол, понуро повесив голову. Выглядело так, словно существо уснуло. А уже через секунду в комнату вошел Самсон. Девушка отпрянула от клетки и сделала вид, что шла дальше.
– Танэри Ли! Что здесь произошло?! – требовательно спросил алхимик.
– Несчастный случай, – отрапортовала Туён.
Она сухо пересказала произошедшее, не упоминая Первого, высказала предположение, что Изаму неправильно рассчитал дозировку зелья. Самсон медленно обходил все клетки и внимательно рассматривал своих подопытных. Складывалось впечатление, что мужчина пытался силой одного только взгляда, раскрыть тайный коварный замысел, какой плели вокруг него монстры.
Кван Чи, что пришел вместе с алхимиком, бросал на него обеспокоенные взгляды, волнуясь за его душевное состояние. А Туён понимала, то, что выглядит паранойей со стороны, по факту идеальная интуиция. Ведь, по сути, в своих невысказанных умозаключениях Самсон был не далек от истины.
Знакомая фигура, вальяжно подпирающая стену, вызвала у девушки улыбку. Келлен, когда не был в черных лабиринтах, всегда приходил встречать её после смены к крылу лаборатории. Их милая традиция, которая вызвала у Туён теплые чувства признательности к этому колючему человеку.
– Я не собираюсь сегодня после лаборатории идти в купальню, – тихо сказала девушка, подходя ближе.
– Жестокая, а я же надеялся увидеть твои голые ноги, – ехидно ответил он, отрываясь от стены.
Ещё одна только их традиция, которая прижилась с того самого памятного дня их крупной ссоры.
– Как прошел день? – спросила она, улыбка вышла вымученной.
– Что-то случилось? – он окинул её внимательным взглядом.
– Чего только не случилось, но я не хочу говорить об этом.
– Это что-то новенькое, ты, да не хочешь говорить, – съязвил Келлен.
Туён уже немного знала его, понимала, что колкость сказал, чтобы вынудить её снова стать собой, и что за внимательным изучающим взглядом скрывалось беспокойство.
– Решила, что давно не удивляла тебя, а это самый верный способ, – постаралась отшутиться она.
– А можно мне такой подарок и на день рождения? День тишины?
– А когда он у тебя? – встрепенулась Туён.
– Раз сегодня ты уже молчать будешь, то тогда день рождения у меня завтра, – он говорил вполне серьезным тоном, но уголок рта его всё ж дрогнул, выдавая сдерживаемую ухмылку.
– Гадкий, – засмеялась девушка и толкнула его в плечо.
Он равнодушно пожал плечами, а потом не сдержался и довольно ухмыльнулся, глядя на её уже искреннюю улыбку. Туён и правда стало легче, мысли в голове, что всю смену крутились вокруг случившегося несчастья, немного развеялись.
Бегущего по коридору эльфа девушка опознала уже издалека. Столько светлого в облике было только у одного существа во всей крепости.
– Туён! – взволнованно воскликнул Натаниэль, подбегая, хватая её за плечи, вглядываясь в глаза. – Жива!
Келлен удивленно распахнул глаза, переводя взгляд с одного на другого.
– Я думала, всё, что происходит в лаборатории, остается в лаборатории, – устало, но с иронией произнесла девушка.
– Сказали, что монстр вырвался из клетки, напал на танэри и убил, а на кого именно никто толком не знал… Какие там версии не ходили…
– Переживал? – с иронией поддела его девушка.
Вместо ответа он в порыве чувств обнял её, но сразу же отпустил.
– В этом месте не так много хороших людей, чтобы ими разбрасываться, – вполне серьезно сказал эльф.
– Поверь, их здесь очень много, и если бы твоё обычное выражение лица им не сообщало, что ты о них всех думаешь, то у тебя был бы шанс подружиться и с остальными.
– Ты идеалистка и веришь в лучшее в людях, даже если его там нет.
– Кто-то же должен, – с улыбкой сказала она.
Туён вспомнила, что Келлен стоял рядом, и оглянулась. По его выражению лица было сложно что-то понять, но интуиция четко подсказала – злится. Моральная усталость вдруг навалилась на неё с новой силой.
– Пойдёмте есть, – буркнула девушка.
