Однако теперь он уже знал язык ее тела и все его подсказки. Ее пальцы продолжали играть с уголком аукционного плаката: складывали его, разворачивали, снова складывали. Вдобавок она так сильно прикусила губу, что в трещинах выступили маленькие капельки крови.
Косаре было страшно. И если уж Косаре, ведьме с двенадцатью тенями, было страшно, то Асену полагалось трястись от ужаса.
Облизнув губы, Косара почувствовала вкус крови. Ей пришлось перестать жевать их, иначе никакой восковой бальзам не остановит кровотечения.
К счастью, Асен, похоже, этого не заметил. Да и с чего бы? Ее страх перед Софией не имеет смысла. У Косары явное преимущество: три тени против двенадцати. Детская игра.
Вот бы еще Косара могла положиться на то, что ее тени будут вести себя хорошо…
— Так какой план? — спросил Асен.
К этому вопросу Косара была готова:
— Чаушева наверняка выставит охрану у входной двери и у черного входа?
— Полагаю, что так.
— Да только у Софии есть секрет. Знаешь, как она проводит свои спиритические сеансы?
— Как же?
— В общем, есть такие мертвецы, которые мертвее других. Как бы ты их ни тормошил — не проснутся, хоть тресни. Итак, когда к Софии приходит клиент и просит связаться с умершим, а тот отказывается возвращаться в мир живых, она не возвращает деньги, нет. Она платит кому-то из своих учеников, чтобы тот пришел, потряс стол и повыл.
Асен нахмурился:
— И почему это важно?
— Потому, что есть третий, тайный проход в салон Софии. Мы в Ассоциации над этим здорово потешались, когда узнали, но в том, что Чаушева в курсе, я сильно сомневаюсь. Ведьмы друг на друга не стучат.
— Где заканчивается этот проход?
— Под спиритическим столом, конечно же. А начинается в канаве в соседнем переулке.
Уголки рта Асена дернулись.
— Итак, если мы пройдем мимо охраны Чаушевой и попадем в комнату для спиритизма…
— То сцапаем Софию, как только та высунет из канавы свою красивую головку. Я могу воспользоваться приемом Карайванова и подготовить магический круг, чтобы заманить ее в ловушку. Эх, если бы я получше присмотрелась к тому кругу…
— На тебя нападали волколаки, если ты вдруг забыла.
— В любом случае у меня есть несколько идей. — Поток мыслей Косары уже трудно было остановить. — Я использую чернила русалки, их практически невозможно размазать, а если бросить пару капель слюны упыря…
— Тебе следует взять мое обручальное кольцо.
— Что?
— Мое обручальное кольцо. Тебе следует взять его, если ты собираешься встретиться с Софией.
— О нет. Ни за что! — Косара быстро покачала головой. — После прошлого раза, когда ты мне его одолжил, я больше не притронусь к этой штуке.
— Косара.
Прежде чем она успела отреагировать, Асен взял ее руку в свою и сунул кольцо ей в ладонь — все еще теплое, согретое жаром его груди. Он крепко сжал ее пальцы вокруг него и продолжил говорить, не отпуская ее руки:
— Я пойду с тобой, но, как только мы настигнем Софию, ты будешь действовать сама. Против магии я бессилен. Это кольцо — единственное, чем я могу помочь. Пожалуйста, позволь тебе помочь.
— Ты уже сильно поможешь, если пойдешь со мной, чтобы прикрывать мне спину и заговаривать зубы полицейским.
Косара сунула кольцо ему обратно:
— Оставь его себе. Я не уверена, но очень надеюсь, что оно не даст тебе обратиться.
— О, — сказал Асен. — О, понятно.
— А может, и даст, — поспешила добавить Косара, чтобы не тешить себя зряшными надеждами. — Все зависит от степени его могущества.
— Понимаю.
Асен улыбнулся Косаре той улыбкой, которая ей всегда так нравилась, но на мгновение его взгляд скользнул мимо нее — и он быстро отпустил ее руку.
Косара оглянулась через плечо. Она могла поклясться, что мельком заметила в углу рыжеволосую фигуру в белом, чей взгляд был убийственным.
Но Косара моргнула, и фигура исчезла.
Пройти мимо двух полицейских у задней двери оказалось на удивление легко. Косара и Асен нашли их прячущимися в кустах. Асен представился, предложил каждому по сигарете, заранее отобрав те, что, по инструкции Косары, были отмечены красными точками на фильтрах.
После нескольких длинных затяжек и томной беседы о погоде оба офицера сползли на землю, крепко уснув. Косара и Асен спрятали их все в тех же кустах, да поглубже, а затем скрылись.
Замок на задней двери тоже не составил проблемы. Асен взломал его даже быстрее, чем успела потухнуть его сигарета.
— С каких это пор ты куришь? — спросила Косара, наблюдая, как он глубоко затягивается с блаженным выражением лица.
— Вовсе я не курю, — твердо сказал он и затушил сигарету о стену здания.
В спиритической комнате было темно. Огонь в очаге давно погас, и единственный свет исходил из окна, где светила полная луна, окрашивая все в призрачное серебро. Внутри все еще стоял запах смерти, хоть уже не такой резкий, отдающий землистой затхлостью. От тела остался лишь полустертый меловой контур на полу.
