Асена качнуло на месте. С одной стороны от него стояла Косара с перепачканными чернилами пальцами, которые только что спасли ему жизнь. С другой стороны — Боряна в ловушке, это скелетообразное существо в грязных тряпках.
И все это была его вина. Вот что любовь к нему сделала с Боряной. Он не мог совершить одну и ту же ошибку дважды.
— Боряна?
Асен шагнул к кругу. Кикимора подняла взгляд, и Асен невольно вздрогнул. Он не привык видеть на лице Боряны такую ненависть.
Кикимора опустилась на колени, упершись руками в пол, а затем бросилась, словно хищник. Но — ударилась о невидимый барьер. И заскулила, отступив.
— С тобой все в порядке? — спросила Косара, стоя рядом и глядя на него. — Сильно она тебя?
Асен пожал плечами, стараясь не показывать боли. Беспокойство Косары ему сейчас только мешало. Он не мог позволить ей приблизиться, даже ради перевязки ран, — Боряна могла отреагировать на это слишком рьяно.
— Просто царапины.
— Ты уверен? Я могу…
— Мне ничего не нужно. А вещи я сам постираю, в раковине.
Несколько секунд они молчали. Боряна на полу тяжело дышала.
— Круг причиняет ей боль? — спросил Асен.
— Вряд ли. Не должен.
— Как долго он продержится?
— До полуночи. Потом мне придется его перезарядить.
— Каждую полночь надо перезаряжать? Могу поставить сигнал.
И Асен посмотрел на часы. Едва минуло полвосьмого, уличные фонари на улице только начинали разгораться. Как раз в это время, рассеянно подумал он, монстры обычно приветствовали Темные дни.
Вот только на календаре была середина июня. Что здесь делала Боряна?
— Сигнал? — Косара подняла брови. — Это какая-то магия?
— Да, магия шестеренок. — Асен покрутил маленькую головку на часах и выставил сигнал будильника на десять минут до полуночи, а затем вновь взглянул на Косару. — Спасибо.
Она устало улыбнулась:
— Пожалуйста.
Асен уже потерял счет, сколько раз они спасали друг другу жизнь. Кто кому теперь должен? Он ей или она ему?
Не важно, подумал он. Они ведь все равно продолжат вытаскивать друг друга из смертельных ситуаций. Для этого и нужны друзья.
Друзья… Он внутренне усмехнулся. Как будто он мог продолжать притворяться, что они просто друзья, пока на его губах все еще держался ее вкус. Все друзья время от времени катаются по полу, обмениваются слюной и ласкают друг друга, верно?
— Я не понимаю, — сказала Косара, явно не подозревая о его мыслях. — Почему здесь кикимора?
— Я собирался спросить тебя о том же.
— Ты ведь не возвращался на кладбище, нет?
— Не возвращался. — И из-за этого он тоже чувствовал вину. — Хотел, но…
— Хотел? После того, что случилось в прошлый раз?
— Ну, сейчас уже не Темные дни.
— Вот именно! — Она закусила губу. — Помнишь, в последний раз, когда Боряна напала на тебя, я смогла отпугнуть ее, дав некое обещание.
— Такое забудешь! Ты сказала ей, что мы оба добьемся правосудия для ее убийцы.
— Что добьемся правосудия для убийцы до следующих Темных дней. У нас оставался год на поимку Карайванова.
И они оба посмотрели на кикимору, которая явно не собиралась растворяться в воздухе и послушно ждать до декабря, прежде чем снова напасть. Она устремила на них свои глаза, страшно напоминавшие о Боряне, и издала низкий рык.
— Знаешь, я иногда замечал ее краем глаза, — сказал Асен. — Уже начал думать, что мне мерещится.
— Я тоже ее замечала, — кивнула Косара. — Она ждала. Ждала своего часа. Только я не могу понять, что заставило ее появиться сейчас?
«Момент между нами, который нужно было прервать?» — горько подумал Асен и тут же почувствовал себя ужасно. Может, все так и было. Может, не поцелуй он Косару и не вызови тем самым гнев Боряны, ничего бы этого не произошло. Это он виноват, чертов эгоист.
Боряна, которую он знал — его Боряна, — не захотела бы, чтобы он жил памятью о ней. Она бы хотела, чтобы он двигался дальше, особенно спустя столько лет после ее смерти. Но это была не его Боряна — лишь воплощение всех ее негативных эмоций. В основном это гнев, но наверняка там есть и боль. И ревность.
Трудно двигаться дальше, когда большие злые глаза твоего прошлого наблюдают за тобой.
После нескольких секунд напряженного молчания Асен спросил:
— Ты можешь оставить нас на несколько минут?
— Если только ты не выкинешь какую-нибудь глупость… — нахмурилась Косара.
— Я не подойду к кругу ближе вытянутой руки, обещаю. Я просто хочу… — Он осекся: чего именно он хотел? — Просто попробую поговорить с ней.
Косара вздохнула. Должно быть, знала, как специалист по общению с кикиморами, насколько пустая это затея.
Тем не менее она кивнула:
— Ладно. Вернусь обратно в постель. Не забудь разбудить меня к полуночи.
Затем она помолчала и… Асену же не показалось, что она потянулась к нему, но смутилась и сделала вид, что просто поправляет волосы?
Косара развернулась на каблуках и пошла к двери. На пороге оглянулась через плечо:
— Будь осторожен, прошу тебя.
Косара была права: разговаривать с кикиморой бесполезно. Каждый раз, когда Асен открывал рот, та только причитала, а в ответ на каждую попытку приблизиться пыталась напасть.
