Съесть его, что ли? Но как тогда снова вынуть его — вдруг понадобится? И потом, кто сказал, что семечко вообще волшебное? Вила же могла просто паясничать. Эта старая карга уже не раз отказывалась посмотреть в лицо сложным обстоятельствам.
И Косара покамест спрятала семечко в карман.
Переваливая через сугробы на обратном пути к дому, она злилась все больше и больше. Так Вила решила просто сидеть сложа руки и ждать, пока все не разрешится само собой? Прекрасно. Она взрослая женщина. Решила так решила.
А вот Косара не собиралась бежать от судьбы. Ей надоело бегать.
И если смерть Змея действительно могла их всех спасти, она собственными руками выдавит из него жизнь по капле.
Едва Косара вошла в дом, как в нос ударили запахи липового чая и орехового пирога. После напряженного разговора с Вилой было так приятно вернуться домой, к горящему очагу и приятным ароматам из кухни… Раньше компанию ей в этом доме составляли лишь пауки и призраки; хорошо, что то время закончилось.
Она отряхнула снег с обуви, помотала головой, чтобы избавиться от снега в волосах. Потом распахнула дверь кухни и замерла на пороге. Она не ждала гостей.
— У меня тут кошка… — беспомощно сказала Косара, показывая кошачью лежанку.
— А у меня упырь. — Асен кивнул на Ибрагима, что лежал на диване без чувств.
— Привет, Косара, — добавил Данчо Крустев.
Потом Данчо взял чайник и начал разливать чай по трем чашкам. Косара тем временем устраивала лежанку в углу.
Незримое создание все мяукало, а кикимора знай себе храпела на полу у стола. Где-то на верхних этажах громко топал дух очага, дух ванной гремел трубами, а кухонная хозяйка примостилась на потолочной балке и вязала длинный полупрозрачный шарф.
«Зоопарк» — так Вила назвала ее дом. Косара все еще злилась.
Асен кошке сразу не понравился: при его приближении та зашипела. И хотя Косара не могла видеть взмаха кошачьей лапки, та все равно оставила на Асене вполне настоящие царапины, которые тут же начали кровоточить.
— Она, верно, чует твою натуру, — рассмеялся Данчо, но Асену было не до смеха.
— Ну что там? — спросил Асен, как только они втроем сели за стол. — Что сказала Вила?
Мельком взглянув на Данчо, Косара схватила с подноса кусок орехового пирога, не в силах устоять перед ароматом.
— О, да много чего. Но сначала вы: что тут происходит?
Пока Косара ела пирог, Асен быстро рассказал, как они нашли Ибрагима, стоявшего по щиколотку в куриной крови.
— Так он не ошибся, выходит? — Косара зацокала языком. — Он и правда теперь упырь.
— Как такое возможно? Ты же сказала, что это мратиняк поубивал всех кур.
— В первый раз это и был мратиняк. А во второй, очевидно, Ибрагим.
— Но как он мог стать упырем? — Данчо бросил обеспокоенный взгляд на Ибрагима. — Я в больнице навидался воскрешений…
— И кто же, как не врачи, до этого доводят, — пробормотала Косара себе под нос достаточно громко, чтобы он услышал.
— И воскресшие упыри сперва всегда дикие. — Данчо решил не поддаваться.
— Теперь уже не всегда. В последнее время все стало очень странным.
— В каком смысле?
Косара махнула рукой в сторону окна. Уличный тротуар и крыши домов уже были укрыты снегом.
— Этот снегопад в июне явно неспроста. Царство чудовищ ближе, чем когда-либо прежде. — И она вздохнула. — Что ты будешь делать с Ибрагимом?
— Что бы ты ему прописала?
— Могу наварить для вас сонного зелья с запасом.
Данчо глубоко вздохнул и ответил очень твердо:
— Я не готов постоянно держать самого близкого мне человека на сонных отварах. Это хуже, чем убить.
— Для него нужно будет все время добывать кровь.
— А свиная подойдет? Наш мясник делает прекрасную кровяную колбасу.
— На какое-то время человеческую кровь можно заменить свиной. Но все же придется подкармливать его человеческой. Тут двух мнений быть не может.
— И как часто подкармливать? Сколько крови ему понадобится?
— Откуда мне знать? — раздраженно пожала плечами Косара. — Мое дело — не допускать, чтобы упыри вообще появлялись. А если они и появляются, я знаю, как от них избавиться. Искать для них еду мне еще не доводилось. — Тут она прищурилась. — Но у тебя, кажется, возникла идея.
Данчо бросил взгляд на Асена. Что бы ни произошло между ними двумя, пока Косара отсутствовала, Данчо, похоже, проникся к нему доверием, поскольку наклонился и прошептал:
— Обещаете никому не рассказывать?
— Клянусь сердцем, — ответил Косара, и Асен согласно забормотал.
— Ты встречала доктора Янчеву, заведующую отделением переливания крови?
— Встречала, — вспомнила Косара. — Ее муж был долго прикован к постели, она заказывала у меня зелье от мышечной атрофии.
— Это всем так сказали, что он был прикован к постели. А правда в том — и учти, я тебе этого не говорил, — что помер он, и уже давно.
— Он превратился в упыря? — нахмурилась Косара.
