Тени, словно шарики, выкатились из ее руки и рассеялись по полу. Убедившись, что пистолет все еще направлен на голову Асена, Маламир опустился на одно колено, чтобы собрать их.
Тени резво откатились от его руки. Маламир выругался.
— Прикажи им подчиниться!
— Не могу, — ответила Косара. — Они никогда не были по-настоящему моими, забыл?
Они не принадлежали ни ей, ни Маламиру. После многих лет жизни со Змеем, по возможности избегая его приказов, по-своему с ним сражаясь, они были ничьи. Косара видела, как отчаянно Змей пытался обуздать их — и то, чем это для него закончилось.
Тени стали хозяевами сами себе.
— Прикажи им приблизиться! — крикнул Маламир, пригнувшись к полу; и не будь у него в руке заряженного пистолета, это смотрелось бы даже забавно.
Вот только пистолет был, и чем злее становился Маламир, тем быстрее росла вероятность, что он спустит курок.
Наконец Маламир добрался до теней и собрал их. Косара глубоко выдохнула. Вот и все. Она снова их потеряла.
Она встретилась взглядом с мятежными, встревоженными глазами Асена. Он пытался ей что-то сказать… То, что она упускала.
Косара знала, что едва ее тени исчезнут, она станет беспомощна. А значит, она не могла гарантировать, что Маламир не застрелит ее и Асена, получив желаемое, и не оставит их тела гнить в вонючем подвале. Она могла только надеяться, что он до такого не опустится.
Но затем Маламир вновь рассмеялся своим пугающе незнакомым смехом, и Косара поняла свою ошибку. Она уже слышала этот смех. Прошлой зимой на мосту, когда Карайванов пытал Асена при помощи своего клейма.
Хоть и поздно, но все сошлось в ее голове воедино: и необычное поведение Маламира, и его странный тон, и эта бесформенная шуба, которую Косара додумалась рассмотреть только сейчас.
— Ты ведь не Маламир, да? — холодея, спросила она.
На мгновение он уставился на нее. Затем, видимо, решил, что нет ничего плохого в финальном моменте торжествующего злорадства, — стянул лицо Маламира и бросил на пол. Даже лежа на полу, оно сохраняло надменное выражение. С изнанки лицо оказалось белым и блестящим, сделанным из полированной кости.
Поверх ствола пистолета на Косару смотрел Константин Карайванов. Какие бы чары торговка лицами ни вплетала в маску, те медленно растворились. Рост и телосложение, что скрывала шуба, остались прежними, зато остальные детали внешности менялись: темные кудри Маламира втянулись в череп, сменившись короткими, черными с проседью волосами. Его пальцы, прежде длинные и тонкие, укоротились. Ногти пожелтели, как у завзятого курильщика.
Косара смотрела на Карайванова с ужасом — но и с благоговением. Она никогда не встречала подобной магии и не думала, что такое возможно, — даже своими глазами увидев головы в банках, она не могла и представить, что кому-то удастся вдохнуть жизнь в их омертвелые черты.
Затем ее взгляд упал на неподвижное лицо Маламира. Его стеклянные глаза за толстыми линзами очков уставились в потолок. И желудок Косары скрутило.
Маламир… Бедный, наивный Маламир! Если торговка распоряжалась его головой, то что же стало с телом? Косара искренне сомневалась, что Карайванов позаботился о надлежащем погребении. Скорее всего, просто сбросил тело в реку.
Знала ли мать Маламира, что ее сын мертв, или она каждую ночь ждала его домой?
— Как давно? — спросила Косара сквозь ком в горле.
Был ли Маламир самим собой в последний раз, когда она его видела?
— Какая разница? Это ведь ничего не меняет.
Глаза Асена все еще были устремлены на Косару. Он знал, поняла она. Как только Карайванов подошел к нему достаточно близко, Асен, верно, учуял его запах.
Он знал, но не мог предупредить ее.
— Как давно?! — повторила Косара сквозь стиснутые зубы.
Ей была ведома натура Карайванова, он любил позлорадствовать.
— О, уже несколько дней. Скажем, я не оценил его поведения в ту ночь, когда у меня из-под носа увели Соколицу.
В ночь, когда украли Соколицу? В ночь, когда Маламир привел Косару прямо в ловушку Карайванова?
— О чем вы говорите?
— Тебя разве не было там? Он пытался предать меня. К счастью, я этого ожидал. Я раскрыл ему местонахождение юды, проверяя его преданность, а он, само собой разумеется, проверку не прошел. Думаю, ты и сама знаешь, что этому идиоту даже подтирание зада нельзя было доверить.
Косара нахмурилась. Карайванов действительно не лгал? Значит, Маламир просто не знал о засаде?
Теперь, вспоминая ту ночь, Косара думала, что это не только возможно, но и очень вероятно. Казалось, Маламир действительно был на последнем издыхании, когда Роксана привела его в мастерскую Косары.
Несмотря на весь ужас их с Асеном положения, Косара невольно заулыбалась.
— Чего лыбишься? — рявкнул Карайванов.
— Ничего-ничего, — быстро сказала Косара, понимая, как опасно еще сильнее настраивать бандита против себя.
Маламир не предавал ее. Не в этот раз. Но, к сожалению, он все равно заплатил своей жизнью.
Если она выберется из этого подвала живой, то проследит, чтобы о его матери позаботились. Возможно, попросит Данчо Крустева ускорить ее госпитализацию. В Чернограде все проблемы решались двумя способами: деньгами и кумовством.
