И выплыла из комнаты мимо вереницы застывших лиц, на которых отражалось удивление, непонимание и возмущение – эмоции, начавшие прорываться наружу, когда шаги Магды стихли за дверью.
– С ума сойти! – выпалила Патти Уильямс, выражая тем самым общие чувства.
Именно в эту минуту и пришла Лиза. Она нерешительно остановилась в дверях, хрупкая и тоненькая, точно фея, в присборенной юбке и чем-то вроде белой школьной блузки. Патти Уильямс взглянула на нее и повернулась к Фэй Бейнс.
– Только погляди, что это там у нас. – Она окликнула девочку: – Ты кого-то ищешь или потерялась? Здесь только для персонала.
– Я он, – заверила Лиза. – То есть я персонал. Временная помощница.
– Силы небесные, – сказала Патти Фэй
Лиза назвала номер, который ей только что выдали внизу, и Патти вытаращила глаза.
– О, вот он, прям тут. Бог ты мой, – сказала она, снова обращаясь к Фэй. – Это, надо полагать, и есть наша временная. Теперь я видела все. Тогда давай переодевайся скорее, – продолжила она, повысив голос. – Пора спускаться. Тут, знаешь ли, некогда ворон считать, – сурово добавила она.
Просто поразительно, какой командиршей становилась Патти, когда не боялась получить серьезного отпора. Все следующие дни она гоняла Лизу так, что та еле успевала поворачиваться.
Строго говоря, старшей в отделе была мисс Джейкобс, так что и распоряжаться Лизой или хоть проследить, чтобы та выучила местные порядки и начала приносить пользу, по праву полагалось бы ей, но, учитывая Рождество, и Новый год, и все надвигающиеся вечеринки и приемы, в преддверии которых коктейльные платья улетали с вешалок в примерочные быстрее быстрого, мисс Джейкобс поневоле ограничивалась подгонкой и подкалыванием, так что Патти, по сути дела, получила полную свободу проявлять власть и вросла в эту роль, как в родную.
– Только что школу закончила, да, Лиза? – спросила она. – Промежуточные экзамены написала, да? И как, успешно?
– Выпускные[14], – поправила Лиза.
– Вот это да! – сказала Патти обескураженно и чуть ли не с ужасом в голосе. – Выпускные. Вот это да. Я думала, тебе лет пятнадцать, не больше. Выпускные! – Она уставилась на вундеркинда с недоверием и страхом. – Учительницей быть хочешь небось, да?
– Ой нет, это вряд ли, – сказала Лиза. И добавила, полагая, что обязана честно отчитаться: – Я собираюсь стать поэтом. Наверное…
Она неловко умолкла, заметив катастрофический эффект своей откровенности.
– Поэтом! – воскликнула Патти. – Господи Иисусе, поэтом! – Она повернулась к Фэй, накалывавшей на спицу квитанцию: – Ты это слышала? Лиза намерена стать поэтом!
И злобно улыбнулась.
– Нет-нет, – растерянно поправилась девочка, – я имела в виду, что хотела бы хоть попытаться стать поэтом. Или, – добавила она, надеясь чуть снизить накал изумления Патти, – может, актрисой.
– Актрисой! – вскричала Патти. – Актрисой!
Лиза мгновенно поняла, что лишь усугубила свою первоначальную оплошность и стала мишенью уже откровенных насмешек – тощенькая, с детским личиком, в черном мешковатом платье и некрасивых практичных очках, она являла собой зрелище до того далекое от представлений этих двух женщин об актрисах, что обе они уже покатывались со смеху. Лиза беспомощно стояла перед ними. По лицу ее начал разливаться румянец, она чуть не плакала.
Фэй первой взяла себя в руки; у нее хотя бы имелись воспоминания о собственных попытках попасть на сцену, они-то и притушили желание зубоскалить.
– В театр пробиться трудно, – сказала она добродушно. – Надо иметь знакомства. У тебя они есть?
– Нет, – призналась Лиза тоненьким голосом.
Но в следующую секунду на нее снизошло внезапное и блистательное озарение.
– Пока нет, – добавила она.
Мисс Джейкобс, стоявшая в нескольких ярдах от них и выписывавшая талоны на подшив платьев, слышала этот разговор, хотя виду не подавала. Но теперь решительно вмешалась.
– Вот именно, – заявила она. – Она еще совсем мала. И – пока! – никого не знает.
Мисс Джейкобс развернулась спиной к порожденному ее вмешательством ошеломленному молчанию и медленно прошествовала к ближайшей длинной стойке с платьями, которым предполагалось висеть по размерам.
– Кажется, тут часть платьев перепуталась, – сказала она Лизе. – Ты не могла бы их просмотреть и развесить правильно? Вот умница.
Рассматривая размеры на ярлычках коктейльных платьев (XSSW, SSW, SW, W, OW – правда, у этой модели было всего два платья размера OW) и, когда требовалось, перевешивая их в нужном порядке, Лиза обратилась к своему обычному vade mecum[15] на час испытания. «Тигр, о тигр, светло горящий, – молча декламировала она сама себе, – в глубине полночной чащи» – и как раз дошла до «сердца первый грозный стук», как ее прервала покупательница, которой Лиза до этой минуты даже не замечала. В руках покупательница держала черно-малиновое платье-футляр.
– У вас есть такое же размера W? – спросила она. – А то я тут вижу только SSW.
– Одну минуту, – сказала Лиза. – Я уточню на складе. – И добавила, как учила Патти: – Прошу прощения, что заставляю ждать.
