— Ого себе! Ну прямо как в танке!
— Да это мне знакомые парнишки изладили, из чего под руку подвернулось. Крепкая дверца, не отрицаю. Ты проходи, проходи. Слушай, тапочек на твой размер нету, вот только такие…
— Ещё чего, тапочки! Если ты успел заметить, я обожаю ходить босиком.
Изя с любопытством озирала холостяцкое жилище Иевлева, довольно-таки запущенное. Правда, накопившийся за полтора года отсутствия хозяина могучий слой пыли Иевлев сразу же по прибытии в Москву добросовестно вымел вон, так что квартира выглядела всё-таки человечьим жилищем, а не усыпальницей какого-нибудь Тутанхамона. Однако по сравнению с ухоженно-чистенькой квартиркой Изольды обиталище бывшего лейтенанта смотрелось явно проигрышно.
— Чай? Кофе?
— Кофе с шоколадными конфетами, — засмеялась Изольда.
— Э… — Иевлев потянулся скрести в затылке. — Слушай, а конфет-то, наверное, и нету… Но я сейчас скоренько сбегаю, если что!
— Ну вот ещё! Обойдусь. Я к тебе вообще-то пришла, а не конфеты лопать.
— Есть мармелад!
— Вау! Тогда чай и мармелад!
— Бу сделано! Ты осматривайся пока, чего интересного найдёшь, спрашивай.
Заваривание чая даже при наличии мощного электрочайника процесс не мгновенный, и когда Денис вернулся в комнату, застал гостью поглощённой рассматриванием домашней коллекции.
— Слушай, да у тебя тут настоящий музей…
— Ну, музей не музей… — Денис был явно польщён. — Но кое-что из раритетов древности имеется.
— О! А это чего такое?
— А, это? Это раннегерзейская палетка. Уникальная вещь, между прочим.
— Ранне… чего?
— Палетка. Ну это такая каменная пластинка, вот видишь, чтобы на ней разную косметику размазывать. Тушь для ресниц, или зелёные тени для век. Навроде нынешней косметички.
— Понятно. А ты ещё перед этим сказал какое-то слово… что-то насчёт змей.
— Змей? — Денис захлопал глазами.
— Ну «гюрза» или как-то так…
— А! Нет, змеи тут ни при чём, — рассмеялся Иевлев. — Понимаешь, была в древнем-предревнем Египте такая эпоха, именуемая ныне «эпохой Герзе». Это ещё до первых фараонов, сиречь Раннего Царства.
— Это сколько ж ей лет?
— Ну… по моим прикидкам, где-то пять с половиной тысячелетий. Или почти.
— Нифига себе… — Изя осторожно положила отшлифованную каменную плитку. — Как же она к тебе попала?
— О, это целая детективная история, — улыбнулся Денис. — Сам бы я конечно не смог, такие вещи из Египта сроду не выпускают. Сразу скрутили бы в аэропорту. Товарищ одного знакомого, он военный, смог провезти на судне.
— Ого себе… Так ты ко всему ещё и контрабандист?
— Да я вааще пират! — Иевлев повязал на глаз наискосок валявшуюся на краю стола в ворохе всякой всячины чёрную ленту. — «Прежде чем догорит эта трубка, я увижу, какого цвета у них потроха!»
Они разом рассмеялись.
— А это что? — девушка уже рассматривала альбом с фотографиями.
