— Ну, например, длинная смешная тележка на колёсиках. Или тряпьё от какого-нибудь, как здесь приято выражаться, «законодателя мод». Или там дорогостоящая спиртосодержащая жидкость, или носимый на руке механический измеритель времени под названием «часы»… или ещё какие-нибудь бессмысленные побрякушки.
— Они безумны.
— Эта мысль, Анэр, посещает не тебя одного. Но давай не будем терять время.
— Да-да, конечно… Разворачивай телепорт.
Поставив на пол свой кофр, Таурохтар раскрыл его и некоторое время копался в настройках прибора.
— Лотанариэ, радость наша, ты там не уснула?
— Дурацкая шутка, между прочим, — отозвался «кофр» бархатным девичьим голосом. — У меня всё готово.
— Анэр, сколько гроглов? — повернулся к экзобиологу Таур.
— Весь комплект, — учёный раскрывал шкафы с плотно уставленными стеллажами один за другим.
— Лота, давай нам гроглов. Весь комплект.
— Принимай.
Из «кофра» со звонким щелчком высунулось нечто, здорово напоминающее обрезок металлической трубы или короткий толстый ломик. Выхватив изделие одной рукой, Таур не глядя бросил его на пол, и «ломик» вдруг ожил, с глухим металлическим лязгом разворачиваясь в кошмарное создание, более всего напоминающее земное насекомое, известное под названием «палочник», только тысячекратно увеличенное. Туловище раздвинулось, будто телескопическая антенна, четыре многосуставчатые ноги прочно упёрлись в пол. Длинные членистые лапы, усаженные клешнями, крючками и присосками — богатый набор рабочих инструментов — слегка покачивались на вису, сверху на длинных стебельках бессмысленно таращились объективы сфероидального обзора — ни дать ни взять глаза рака-отшельника.
— Туи, помогай! — окликнул девушку экзобиолог.
Некоторое время все работали молча. Таурохтар одного за другим извлекал из саквояжа прибывающих роботов-гроглов, без всяких церемоний швыряя из на пол, Туилиндэ и Анэрендил распределяли подоспевающую рабсилу, гроглы одну за другой целеустремлённо распечатывали банки, беря пробы-образцы в маленькие пробирки, удобно размещавшиеся на корпусе не хуже, чем на лабораторном штативе. Нагрузившись до отказа, роботы направлялись к Таурохтару, и он освобождал их от бремени, одну за другой суя кассеты с пробирками в недра «саквояжа». Все роли тут были заучены наизусть, и разговоры действительно были лишними — в хранилище имелось четверть миллиона контейнеров с семенами, и переправить такое количество образцов даже с полным комплектом гроглов было делом не мгновенным.
— А этто… этто вы чего тут… а?
Седенький старичок стоял на пороге, раскрыв рот, и глаза у него были не хуже чем у грогла, разве что не хватало длинных гибких стебельков. В общем, наглядная демонстрация запредельной степени изумления.
— Тихо, тихо… — Туи среагировала мгновенно. — Нет тут никого, Семён Иваныч. Это просто белочка, немножко белая горячка…
Горестно вздохнув, ночной сторож уселся прямо на пол в коридоре, напротив распахнутой двери.
— Пропал… — сокрушённо сообщил он собеседнице. — Совсем ведь пропал я теперя. Вона, уже и железные пауки по полкам шастають… Чего делать-то, а?
— Ну-ну-ну… — теперь голос Туилиндэ мог успокоить даже буйнопомешанного. — И совсем не пропали вы, Семён Иваныч. Приняли на ночь лишнего, ну вот и пауки… А вот как бросите пить…
— Брошу! — истово перекрестился дедуля. — Вот ей-ей, завтра ж и брошу! Вот прямо с утра!
— Ну вот и славно, — ворковала Туи, делая пассы. — А сейчас надо спать… спать… спать…
Голова бдительного ночного стража, мотнувшись напоследок, склонилась на грудь. Подождав ещё несколько мгновений, Туилиндэ обернулась к Тауру.
«Твои объяснения?»
«Туи, клянусь…» — сейчас великолепный эльдар выглядел ничуть не лучше несчастного сторожа-аборигена. — «Полный гипноз… Слушай, ведь я же и «сторожок» там на лестнице поставил, у входа сюда… как он не сработал… неужто я забыл его активировать…»
«Таур, тебе говорили, что ты болван? Так вот, я тебе сообщаю официально — ты болван! Никак не ожидала от тебя такой безответственности!»
…
— … Как ты тогда закричала-то «не надо, не уходи»…
— Я разве кричала?
— Ну… голосом вроде не очень. Глазами больше.
Денис шептал, в перерывах между фразами осторожно целуя то ушко, то шею девушки.
— Хм… — Изя тоже шептала, словно не решаясь перейти на громкий голос. — Мне тогда вдруг почему-то явственно так представилось — вот сейчас ты уйдёшь, скроешься из виду… и больше я тебя не увижу. Совсем-совсем.
Вместо ответа Иевлев вновь принялся целовать любимую куда попало. Носик… щёчки… левый глазик… а теперь правый… и вот уже они, губы… Секс, эротика? Ерунда. Когда хотят секса, целуют жадно. Как полчаса назад. А так, как сейчас — так целуют снизошедших богинь…
— Не бойся, — улыбнулся Денис. — Я как увидал тебя в лесу, так и понял — всё. Точка. Меня теперь от тебя живым не оттащить…
Её глаза в темноте бездонны.
— Не говори так. Никогда. Старуха с косой услышит. Ей это просто — взять и разлучить…
Пауза.
— И всё-таки мы вместе. До часа икс.
Пауза.
— А может, ничего и не случится… — Иевлев перешёл на голос, и постарался придать тому голосу максимально возможную убедительность.
Долгая пауза.
