Волны с шумом рассекали акваторию Морского Фасада, на гребнях валов то тут, то там возникали грязные «барашки» пены. Дальше, у горизонта, волнение было уже неразличимо, и море обретало вид свинцово-серой плиты.
— Вообще-то нет, — Степан поправил выбивающиеся из-под шапки-«формовки» патлы. — В солнечные дни море тут синее, каким и положено быть морю… вдали, конечно. А у берега зелёное… в лучшем случае, — он кивнул на бурое пятно мазута, колыхавшееся возле причала.
— То, что цвет воды вблизи горизонта определяется отражением неба, я знаю, естественно, — Стасик ткнул пальцем в сползающую оправу. — Я имел в виду собственно небо Петербурга. В ноябре.
Иевлев ухмыльнулся, поймав взгляд художника.
— М-да, парень, тебе палец в рот не клади.
— В каком смысле палец?
— Да ладно, проехали… Хочешь добрый совет? Не нужно всё время изображать из себя ноутбук. Правда-правда. Ты ведь живой мальчишка.
— Ну вот… — юный гений погрустнел. — И вы тоже… Я не изображаю, я так мыслю. Это плохо?
Ладнев хмыкнул.
— Для того дела, за которое ты взялся, может, и хорошо. А по жизни, наверное, плохо.
Мальчик погрустнел ещё больше.
— А по жизни о том, что я просто пацан, мне регулярно напоминает Витька. Со своей компанией.
Вздохнув, Денис поправил на гении вязаную шапочку.
— Не переживай, Станислав Станиславыч. Всё образуется.
— Здравствуйте, граждане, — раздался сзади голос с неповторимыми хрустальными нотками.
Вся компания обернулась разом, как по команде «кругом!» В пяти шагах стояла Туилиндэ в обязательных зеркальных очках. На девушке сегодня была самая обычная куртка-пуховик с поднятым капюшоном и джинсы с сапожками — воистину «одежда миллионов». Рядом с ней имел место какой-то молодой человек в потёртом кожаном пальто-реглане и глубоко нахлобученной кожаной фуражке, зябко поёживающийся от порывов свежего морского ветра.
— Добрый день, говорю, — эльдар улыбнулась. — Если он, разумеется, добрый.
— Здравствуй, Туи, — первым обрёл дар речи Степан.
— Вот, познакомьтесь, — Туилиндэ кивнула на молодого человека в реглане. — Холмесов Алексей Львович. Старший лейтенант и следователь, между прочим.
— Но лучше для краткости просто Алексей, — улыбка у этого старшего лейтенанта была просто-таки обезоруживающая.
— Э… кхм… Ладнев, Степан Андреевич, — первым отрекомендовался Степан. — Художник по призванию и профессии. Но просто Степан будет короче.
— Иевлев, Денис Аркадьевич, или просто Денис, — подхватил эстафету Иевлев. — По призванию палеолингвист, а по текущей профессии… гм… в некотором роде ваш коллега.
— О! В МУРе служите? — в глазах старлея читался неподдельный интерес.
— Да нет, попроще, — засмеялся Денис. — Охранником в супермаркете.
— Разин, Станислав Станиславович! — чётко, как на плацу отрапортовал мальчуган. В этот момент из-за пазухи у него высунул мордочку морской свин, очевидно, выспавшийся в тепле. — А это вот Бонифаций.
— Ну а я Изольда Жемчужина, — улыбнулась Изя. — Но можно и просто Изя. Школьница. Ну, в смысле, пока не выгнали.
— Ну вот вы и перезнакомились, — опять улыбнулась Туилиндэ. — Простите, время поджимает, поэтому буду краткой. Алёша человек для вашего дела весьма нужный, а на данном этапе просто необходимый. Поскольку местный. Мальчик может по мере надобности жить у него, мы уже договорились. Да и вам в следующие приезды не придётся искать гостиницу. Насчёт общего замысла я его просветила, в деталях разберётесь промеж собой самостоятельно.
— Ты уже уходишь? — явное огорчение в голосе Ладнева вот-вот грозило перерасти в отчаяние.
Эльдар виновато улыбнулась.
— Увы, Стёпа. Увы…
…
