В голове возник образ крысоподобной твари и от этих воспоминаний по телу пробежали мурашки. Болезненно принимая звук своих крадущихся шагов, он направился по затоптанному коридору. В квартире не убрано. Под подошвами поскрипывал песок. Он прошел в комнату и остановился у кровати. Покрывало было измято. Егор рассмотрел несколько засохших бурых пятен. Подушки, залитой кровью, не было. «Надо же, – подумал Егор, – у него день рождения был. Вот это подарочки судьба готовит. А я, каков молодец. По лбу его». Он вспоминал, что Сивков положил тетрадь с набросками под подушку. Ее там не оказалось. Это ничего не значило. Столько прошло времени, он тысячу раз мог переложить в другое место. Обычно он доставал ее из трюмо с другой стороны стола. Егор обвел комнату взглядом, задержался на подоконнике. Железная клетка стояла на прежнем месте с отрытой дверцей. Он протянул руку. Стальной замок в виде восьмерки упруго зашел за стержень и дверца тихонько щелкнула. «Это все паскудники, – прозвучал вместе со щелчком в голове голос Сивкова. Егор вспомнил пенсионера с опаской вещающего шепотом. – Их к нам подселяют». Не особо надеясь, что обнаружит, но на всякий случай, он вяло поднес линзу к глазу и просмотрел на клетку: никого.
Егор обошел стол и приблизился к трюмо с болтиком вместо ручки на левой створке. С тонким писком петли повернулись. Егор окинул взглядом стопы бумаги. Почувствовал себя воришкой. Ощущение присутствия хозяина было осязаемо. Сивков словно наблюдал за ним. Прячется где-то в комнате, незримый стоит за спиной и с негодованием следит за его действиями не в силах помешать. Отгоняя призраков, Егор принялся, перебирать бумаги.
Два раза Егор просмотрел обе стопы, но нигде не обнаружил альбома с набросками. Это ему не нравилось. Он развернулся и придирчиво по новой осмотрел комнату, прикидывая, куда мог сунуть Сивков свои творения. Заглянул под кровать, встал на стул, сдувая дыханием пыль, осмотрел верх шкафа, обшарил тумбочку под телевизором, даже поднял матрац на кровати покойного, но нигде не мог обнаружить альбом. «Может, как вещественную улику менты забрали, – пытался он строить догадки, – или кто-то украл, пока дверь была открыта. Хотя кому эти каракули могут понадобиться?».
С озабоченным выражением лица и сумятицей в мыслях он прошел на кухню. Осторожно приоткрыл дверь и в узкий просвет осмотрел комнату. Ничего особенного он не заметил. Шагнул внутрь и осмотрелся, все еще надеясь обнаружить альбом. Без догадки где бы он мог скрываться, Егор окинул взглядом столешницу старенького кухонного гарнитура, отделанного зеленым пластиком, перекошенные дверцам, раковину с двумя чашками с остатками кофе на донце, холодильник «ЗИЛ» с потускневшей хромированной накладкой фирменного знака, столик с порезанной и прожженной клеенкой с рисунком фруктов, громоздкую электрическую плиту.
Взгляд остановился на полу рядом с тумбой, там, где в прошлый раз он просыпал муку. Черт. Никакой муки не было и тем более отпечатков трех рисовых зернышек. Егор тупо смотрел на то место, выискивая малейший намек на остатки молотых злаков или следы уборки. Послышался скребущий звук. Он доносился из внутренностей тумбы под мойкой. Егор замер обратив весь слух к источнику. Звук повторился. В голове сразу возник образ крысиного альбиноса и раскрытая клетка. Но следом всплыла, словно прогнившая, оторвавшаяся от якоря тяжелая мина времен войны, ушастая тварь, рыскающая по полу в доме капитана. Сердце учащенно забилось. Егор медленно повернулся и шагнул к мойке. Взялся за потертую ручку и осторожно потянул. В образовавшуюся щель вывалилась белая крыса. От неожиданности Егор вздрогнул и отдернул руку. Крыса несколько секунд принюхивалась, вздрагивая волосатой мордочкой, словно пережевывала воздух. По ее поведению не было заметно, что она боится Егора. Затем отвернулась и с деловым видом засеменила вдоль гарнитура к окну. Егор заглянул в шкаф под мойку, вглядываясь в темные углы за мусорным ведром. Пахнуло кислятиной и испорченными продуктами. Неуверенно Егор поднес линзу к правому глазу и, напрягая зрение, еще раз прошелся по внутренностям шкафа. Ничего похожего на ушастого монстра он не увидел. Он стал сомневаться: на самом ли деле видел ту тварь в доме капитана или это из той же оперы, что и рыба в небе. Хмуря лоб, он выпрямился, медленно опустил руку с очками и рассеянно посмотрел на крысу, которая уже добежала то торцевой стены, свернула налево и семенила вдоль плинтуса.
