– Ну, давай ещё раз за тебя! – Мария подняла бокал. – Ты такая юная, нежная, привлекательная, отзывчивая. Я люблю тебя!
– А я хочу за тебя, – Кончита положила свою руку на руку Марии и поглаживала её, – ты сильная, смелая, гордая, очень красивая и очень решительная. Я понимаю тех мужчин, которые влюбляются в тебя без памяти.
– Но я в них не влюбляюсь, – вздохнула Мария.
– Ну хоть какой-то один для тебя привлекателен?
– Нет.
– Но ты же с ними спала?
– Да, потому что мне от них что-нибудь было нужно.
– Неужели никого не нашлось для любви?
– Нашлось.
– И кто же это? – Кончита придвинулась к Марии ближе, ожидая услышать интересную историю, и при этом чуть не упала. Выпитое вино действовало.
– Ты.
Кончита пьяно мотнула головой:
– Почему я?
– Вот взяла, да и влюбилась в тебя.
– А я тоже влюбилась в тебя.
– Тогда давай выпьем за любовь! – Мария налила вина в бокалы. – На брудершафт.
Они целовались долго и смачно. Мария гладила девушку, ласкала ей грудь, залезая ладонью за бюстгальтер. Кончита вначале вяло сопротивлялась, а потом и сама вошла во вкус, вино было в этом хорошим помощником. Постепенно раздевались, возбуждаясь, опыту Марии, её энергии в сексуальных делах противостоять было невозможно. Да Кончита и не пыталась, старшая подруга пробудила в ней огонь желания. Ни один мужчина не смог сделать то, что умела она. Вскоре комната наполнилась стонами, вскриками и хрипами наслаждения.
Утром Мария рассматривала своё исцарапанное тело и синяки от засосов.
– Ох, девчонка, – с усмешкой качала она головой, глядя на спящую Кончиту, – сколько в тебе молодой силы!
– Тереза, – Гонсалес, как всегда, когда предстоял ответственный разговор, был серьёзен и строг, – предстоит важная акция, которую нельзя сорвать. Мы остановились на твоей кандидатуре.
Мария ничего не ответила, лицо её выражало лишь вежливое внимание.
– Сегодня ты один из лучших опытных бойцов, в моём понимании, для тебя нет таких дел, которые невозможно было бы решить. Скажу сразу – намечаемая акция имеет и политическое значение, и фактор отмщения. Речь идёт о Хуане Домингусе. Ты знаешь, кто это?
Мария отрицательно покачала головой.
– Заместитель начальника испанского национального бюро по борьбе с терроризмом. Отличается особой свирепостью и безжалостностью к нашим товарищам, отвергает все варианты наших предложений по предоставлению Баскской области широких самостоятельных полномочий. Людей, не идущих с нами на контакт, настроенных явно против нашего народа, мы уничтожаем.
Мария не изменила выражения лица, оно оставалось таким же бесстрастным, но от этого ещё более красивым.
– Я вижу, что ты уже поняла, какую роль тебе предстоит сыграть в этой операции.
– Да, я понимаю.
– Отберёшь людей в группу прикрытия, разработаешь план операции, после утверждения начнёшь заниматься. Основную задачу будешь исполнять лично, лучше тебя это никто не сделает.
– Тереза, ну возьми меня в группу, – канючила Кончита, развалившись на постели в квартире Марии.
– Нет, я не хочу, чтобы ты подвергалась опасности.
– А сама?
– Я – другое дело. Тебе надо жить, детей рожать…
– А тебе не надо?
– А мне надо убивать, – грустно заключила Мария, – такова моя судьба. Вот скажи – ты любишь Хуана?
– Не знаю, он хороший парень.
– А со мной тебе как?
– С тобой мне очень хорошо.
– Ты не испытываешь какой-то вины перед ним за то, что мы с тобой…
– Нет, – резко оборвала Кончита, – я ему ничего не должна и не обещала, я – свободная женщина. Ну, так берёшь меня?
– Да, пожалуй, – задумчиво проговорила Мария, – мне одна мысль пришла в голову, мы с тобой сыграем спектакль.
– Понимаешь, Гонсалес, мы должны знать о нём всё. Тогда сможем избежать ошибок из-за того, что не предусмотрели чего-то из-за недостатка информации. Я изучила его окружение, там есть с кем позаниматься, но для этого я беру с собой Кончиту.
– Кончиту? – Мария поняла, что это Гонсалесу не понравилось. – А нельзя ли обойтись без неё.
– У меня акцент, я нетвёрдо говорю по-испански, это может насторожить тех, с кем я хочу вступить в контакт, а с Кончитой мы сделаем всё в лучшем виде.
– У меня просьба, – Гонсалес почесал затылок под шляпой, – береги её…
– Не беспокойся, я в этом заинтересована не меньше, чем ты.
Гонсалес удивлённо посмотрел на Марию, но ничего не сказал.
– У меня тоже есть просьба – мне нужен Педро.
Теперь глаза у Гонсалеса ещё расширились:
– Педро? Но у тебя с ним… ты с ним… в общем, у вас же конфликт.
– Никакого конфликта нет, парень любвеобильный, я слегка его осадила. Он быстро понял, что мне не нравится, когда кто-то трогает меня против моей воли.
– А если бы понял не так быстро?
– Тогда мы бы о нём больше не вспоминали.
Гонсалес покачал головой.
– Расскажи же, в конце концов, о своём плане.