Тарновская вытерла пыль, перекусила и уже нацелилась лечь почитать в послеобеденной дрёме, как услышала на улице стук копыт. В их ранчо редко заезжали люди, и то шериф или госчиновники. Выглянула в окно и увидела трёх вооружённых людей, остановившихся в воротах. Какая-то смутная тревога подступила к сердцу. Кто эти люди, что им надо?
Неизвестные въехали в ворота, спешились и направились в дом. Мария быстро закрыла дверь на щеколду. Вскоре послышались стук в двери и гортанный оклик на испанском. Она ещё плохо понимала испанский и ничего не ответила. Тогда стук повторился, из-за двери потребовали теперь на ломаном французском:
– Открывайте, иначе будем ломать дверь!
– Кто вы такие, что вам надо? – спросила по-французски Тарновская.
– Мы хотим видеть Джона Роуша.
– Его здесь нет, он уехал в город.
– Передайте, что мы будем здесь послезавтра к обеду, нам нужно с ним поговорить.
– Хорошо, передам.
Незнакомцы сели на коней и уехали, а сердце так и не прекратило свой убыстрённый бег. Женщины наделены более совершенной интуицией, чем мужчины, и чувствуют приближение беды, даже не умея определить её конкретно.
Когда Джон вернулся, Мария передала этот разговор, но он не выказал особенного беспокойства.
– Я не знаю, кто это, и не хочу даже предполагать. Приедут, тогда и поговорим.
Незнакомцы оказались точны и приехали на третий день в полдень. Джон попросил Тарновскую принести бутыль вина и три чашки, а самой пойти пока в дальнюю комнату. Пропахших конским потом всадников проводил в гостиную. Хмурые лица, чем-то похожие одно на другое.
Джон налил вино и провозгласил:
– За встречу, господа! Думаю, вы приехали ко мне неспроста.
– Ты прав, – один из троих опрокинул в себя вино и вытер усы, – не буду крутить вокруг да около, я – Диего Гонсалес, а это – мои братья.
– Не имел чести слышать о вас, – ответил Джон.
– Лучше позже, чем никогда, – я был партнёром твоего отца.
– Никогда не слышал от него этого.
– Конечно, ты вообще-то встречался с ним?
– Да. Несколько лет назад.
– Говори только правду, этого не могло быть.
– Давно.
– Мы купили это ранчо совместно, но поскольку твой отец был старшим партнёром, ему отошло шестьдесят процентов, мне – сорок, а недвижимость оформили на него. Я предлагаю продать ранчо и разделить вырученную сумму именно таким образом.
– У вас есть какие-то документы? Почему я раньше об этом не слыхал?
– Да. Есть договор на совместное владение недвижимостью. – Диего вытащил бумагу и показал её.
– А у тебя есть документы на это ранчо? – спросил, в свою очередь, Диего.
– У меня есть завещание, заверенное нотариусом. Мне его прислал адвокат.
– У нотариуса не было нашего договора о совместном владении собственностью, чем твой отец и воспользовался.
– Поскольку это для меня нечто новое, я должен посоветоваться с юристом.
– Сколько времени тебе на это понадобится?
– Неделя.
– Хорошо, через неделю я вернусь за ответом.
Когда гости уехали, Джо позвал Марию и пересказал весь разговор.
– Что будем делать?
– Я съезжу в город и найду хорошего адвоката. Надо обсудить это с юридической стороны.
На следующий день утром Джон уехал и возвратился только поздним вечером. Мария бросилась ему на шею:
– Ты бы знал, как я волновалась!
– А чего волноваться? – спросил Роуш, принимая душ с дороги. – Куда я денусь?
– Мне совсем не понравились эти люди, за ними чувствуется какая-то злая сила. А у тебя, как я вижу, не очень приятные новости?
– Похвастать нечем, адвокат сказал, что если у этого Гонсалеса действительно есть договор о недвижимости, заверенный нотариально, то решать вопрос придётся в суде, и не факт, что суд не решит так, как того требует этот Диего.
– Но возможно, что договор у него фальшивый? – высказала предположение Мария, вспомнив своё давнее прошлое.
– Да, возможно, адвокат сказал, что если Гонсалес будет настаивать на своём варианте и угрожать, то это означает, что он не заинтересован в суде и договор, скорее всего, фальшивый. Но это большой клан, с которым в этой стране принято считаться. Здесь не Европа, часто вопросы решаются не судом, а силой. Таковы местные обычаи.
– Варварская страна! – заключила Тарновская.
– Мы – чужаки, а таких не любят в любой стране, надо прожить много лет, вырастить детей, чтобы чего-то здесь добиться.
Диего Гонсалес приехал через неделю. В этот раз Джон не встретил его с вином. Это означало, что отношения входят в иную фазу. Мария ждала результата в дальней комнате, а два брата главаря остались на улице.
– Я пока ничего не решил по твоему вопросу, возможно, придётся разрешить наш спор в суде, – начал хозяин.
– Ты знаешь, что суд здесь может длиться годами, кроме того, мои родственники служат в Министерстве юстиции и имеют влияние на судей. Думаю, что нам проще и надёжнее договориться, чем заниматься ерундой.
– Мне и моей жене понравилось это место, но у меня нет денег, чтобы выплатить тебе ту долю, которую ты просишь. Кроме того, я не уверен, что твой договор – действительный. Пусть решит суд.
Диего нахмурился, сразу стало видно, что такой ответ ему не понравился.