– Я согласна. Но хочу сказать одну вещь, с которой вы можете согласиться и не согласиться. Я, скорей всего, беременна. Если родится ребёнок, готовы ли вы принять его, как своего?
– В этом не может быть никаких сомнений, я буду очень рад, тем более что у меня нет детей.
В этот вечер они легли спать вместе.
– Мари! Сейчас поедем смотреть дом. Подойдёт ли он нам под жильё, магазин и склад.
– Далеко это?
– В центре города. То, чем мы будем торговать, должно продаваться там, где ходят или ездят обеспеченные люди.
Через несколько месяцев месье и мадам Веллимер открыли в столице Аргентины магазин тканей: парчи, шёлка, любимого местными женщинами бархата, фурнитуры и других товаров из Франции. Торговля шла бойко. В семье подрастал сын – красивый кудрявый юноша. В начале тридцатых годов мировой кризис коснулся и Аргентины, спрос на дорогую продукцию из Франции снизился. В 1935 году у Альфреда случился инфаркт. Мария делала ему массаж и заставляла заниматься гимнастикой. Однажды, когда граф отдыхал после гимнастики, он подозвал к себе Тарновскую:
– Что, мой хороший?
– Нам надо переехать в Санта-Фе.
– Куда-куда?
– В Санта-Фе, город такой.
– Про город я слышала, а зачем?
– Ты же видишь, торговля здесь идёт слабо, а там мы в центре поставим новый большой магазин и запустим энергичную торговлю. Люди всегда бросаются на новое.
– Ну если ты считаешь это правильным, я согласна. Но тебе надо окрепнуть после инфаркта, хотя бы пару-тройку месяцев.
– Думаю, что быстрее поправлюсь и буду готов к переезду. Поговори с Морицем, он считает себя уже самостоятельным, у него тут в городе много знакомых, и он, чувствую, не захочет уезжать из столицы.
Через два месяца супруги Веллимер переехали в Санта-Фе, где в самом центре города открыли большой магазин тканей. В то время он был здесь единственным. Сын Мориц ехать вместе с родителями отказался, он уже работал менеджером на крупном предприятии, и у него сложился свой круг знакомств. Правда, родителей он иногда, навещал.
Телефонный звонок заставил Марию оторваться от массажа левой руки супруга, который в последнее время всё чаще чувствовал недомогание.
– Мама! – Голос сына в телефонной трубке был взволнованным. – Как ты себя чувствуешь?
– Спасибо, Мориц, хорошо.
– А отец?
– Он в последнее время прихварывает.
– Я собираюсь приехать к вам на Рождество!
– Будем рады, сынок.
– Но я буду не один, хочу привезти свою невесту.
– Невесту? Но тебе только двадцать один год, Мориц.
– Мама, а сколько было тебе, когда ты вышла замуж? Восемнадцать всего.
– Я – женщина, а мужчина должен содержать семью, иметь доход и положение в обществе.
– Это будет позже, мама.
Невеста Тарновской не понравилась. Типичная латиноамериканка, невысокого роста, с крутыми бёдрами и высокой грудью. Красивое лицо метиски выдавало её происхождение. Одно в ней читалось несомненно – горячая и страстная натура. Мария совсем не удивилась, что её европейски воспитанный Мориц влюбился в такую девушку. Но отговаривать и читать нотации не стала. Тем более что будущая невестка была уже беременна. А отец лишь принял как должное, болезнь постепенно пожирала его. Вскоре родилась внучка, которую молодые немедленно сплавили бабушке и дедушке. С самого раннего детства у девочки проявился упрямый и независимый характер. Она была красива, чёрные кудри окаймляли бледное лицо, прямой нос ирландских королей никак не вязался с большими карими глазами латиноамериканок. Впрочем, в Аргентине у всего населения было намешано в жилах множество кровей.
В Европе начиналась Вторая мировая война, Мориц появлялся у родителей всё реже. Зима тридцать девятого – сорокового выдалась суровая, ветра несли снежную крупу, секущую лица.
– Мама, папа! Я приехал попрощаться. – Мориц вошёл в гостиную, стараясь казаться весёлым и спокойным.
– Куда ты собрался?
– Я еду в командировку в Европу по делам фирмы, мама.
– В такое время, когда там война, лучше сидеть дома.
– Наша продукция везде нужна.
Мария покачала головой:
– Иди, попрощайся с отцом и дочкой.
Мориц прошёл к Альфреду, который уже не вставал с постели, и поцеловал его в щёку:
– Возвращайся скорее, сынок, – прошептал старик.
Потом вошёл в детскую, где спала двухлетняя Паулина. Будить не стал, поцеловал:
– Прощай, доченька!
Обнял мать, которая не смогла сдержать слёз:
– Тревожно мне что-то, сын, не ездил бы ты.
– Уже всё обговорено, я вернусь, не сомневайся, мама.
И ушёл в темноту, перечёркнутую снежными струями.
Ушёл навсегда.
Альфред Веллимер умер в этом же сороковом году. Перед смертью подозвал жену:
– Мари, если тебе удастся, я прошу захоронить меня в фамильном склепе в Сардинии.
– Хорошо, дорогой, – успокоила его Мария, зная, что перевезти тело мужа в Европу в такую годину нет никакой возможности.
Тело графа Альфреда де Веллимера было кремировано.
Жена Морица вскоре после его отъезда исчезла, оставив дочку родителям мужа. Больше Мария невестку не видела.