Глядя на дочку, погоревали-потужили мужик и баба, да делать нечего – из полена-то жениха не выстругать, надо дальше жить. Тогда же забор новый справили да ещё ворота резные поставили. Может, кто приметит и в гости зайдёт?
Миновало несколько лет. По осени из оврага потянуло сыростью. Поля стоят голые, по дворам хлеб молотят. Настала пора вторую дочь выдавать замуж. Но жениха на распаренный горох не выловишь, как глупого карася. Не спешат женихи постучаться в ворота, стороной обходят сестёр. Опять погоревали-потужили мужик и баба, да человечий век на этом не кончается, взяли и голубой олифой ворота покрасили. Но всё без толку – никто на их краль не позарился и не объявился.
Подоспела пора младшую дочь выдавать замуж. В корчагах сахарится мёд, на сквозняке грибы сушатся, а в подполе на зиму ядрёные яблоки в сено упрятаны. Да вот только жениха-то не купишь, как барана на ярмарке, и на пегого мерина не обменяешь. Сызнова погоревали-потужили мужик и баба, да стали жить-поживать дальше, ведь сами не ведают, отчего обходят их усадьбу стороной всякие женихи: ладные и кривые, русые да чёрные, додельные и бестолковые. Ни одной живой души, как будто отвадил кто.
А злобная ведьма торжествует, руки потирает и бормочет:
– Изведу-ка всех под корень, чтобы даже духа мужицкого здесь не осталось.
Как-то поехал мужик в дальний ельник за дровами и встретил в овраге Лешего. В ту пору люди ещё дружили с лесными жильцами. Поведал крестьянин соседу о своём горе. А у лесного хозяина самого три дочки на выданье, да тоже никто не сватается – так безобразны, что все их страшатся, даже родной отец.
Думал-думал Лесовик и говорит:
– Разумею твою кручину, мужик, о том и наша кукушка кукует, что своего гнезда нет. Но я тебе помогу, мужик, найти женихов, правда, только при условии, что мы с тобой поспорим, чья жёнка самая болтливая. И учти: если вы проиграете, то тогда красота твоих дочек перейдёт к моим лапушкам.
Опешил мужик от таких слов и уж не рад, что пожалился лесовику. Но делать нечего, отвечает:
– Так и быть.
Вот и столковались, ударили по рукам; хочешь – не хочешь, а коль назвался груздем, полезай в кузов. Хозяйка, когда разузнала о споре мужа с лешаком, чуть горшок с ухвата не уронила да давай браниться на всю избу.
Но только криком делу-то не пособишь. На следующий день приехал крестьянин с супругой на лесную поляну – кулигу, а тут в ежевике их Леший с Лешачихой поджидают, а рыжие белки им орехи лузгают.
Не успели гости вылезти из телеги, как между хозяйками завязались тары-бары-растабары.
– В воскресенье кого видала?
– А ты кого повстречала?
– А ты кашу варила?
– А ты репу парила?
И пошло-поехало, долго они судачили…
Час говорят без умолку, второй и третий. У Лесовика уже и орехи закончились, а жёнки всё лясы точат. Да, видать, сильна Лешачиха. Верно, намолчалась среди тёмных ёлок, забивает деревенскую. Догадался мужик, что у жены болтовня-то заканчивается, трёпа осталось чуток – последний горшок, хлебать аккурат половину часа.
Делать нечего, дочек-то надо выручать из переделки. Кому уродины нужны, если только лошадей пугать? Достал мужик из телеги крынку простокваши и говорит лешачихе:
– Угостись на здоровьице, соседушка, нашим деревенским лакомством!
Выпила лесная жёнка всю простоквашу, дух перевела и опять давай тары-бары. Деревенская товарка тоже отдышалась и принялась огрызаться, руки не опускает, всё переливает из пустого в порожнее…
Прошло ещё с полчаса, у мужика и лесовика от пустозвонной болтовни башки разболелись, а жёнки всё не умолкают. Тут, как назло, после простокваши плохо стало Лешачихе, а у неё в запасе пустяков-то ещё цельный короб и три туеска, но вскоре её так скрутило-свернуло да завернуло, что стало не до пустой трескотни – убежала до ветра.
Загрустил лесной хозяин, голову опустил. Говорит тогда мужик лешему:
– Завсегда не ведаешь, чего ждать от жены. Ну да ладно, поведай, когда женихов ожидать? А то я старею, поля мои без мужицких рук уже сорной травой зарастают; если так дело пойдёт, живо там лес поднимется.
В отве т достаёт Леший три ма лых зёрнышка и говорит:
– Ну, коли одолели мою половину, тогда и получайте награду. Вот пшеничное зёрнышко для старшей дочери. Вот ржаное – для средней, а для самой младшей – горчичное. Не затеряй, раззява! Посади их в горшки – и сам всё поймёшь.
– Благодарствую тебе, Лесной хозяин, и низко кланяюсь.
– Прощай, мужик, да отныне обходи меня лучше дальней стороной: вестимо, не даст мне моя жёнка теперь жизни.
На том и разошлись мужик с бабой и лесовик. По приезде домой посадил все три зерна хозяин, полил и на подоконник горшки поставил.
Миновало три дня – появились зелёные всходы. На шестой день, только проснулись, глаза открыли, а в избе объявился первый справный жених. Важно прохаживается, сапоги скрипят. Говорит:
– Ставьте самовар, пеките скорее пшеничные пироги, знакомиться будем!