Радиометр показал чуть меньше, чем снаружи, причем с повышением у пола. Снимать «головные уборы» не стали, вода с растворенной в ней радиоактивной пылью опасна прежде всего при попадании на кожу и вдыхании брызг.
Даже через противогазы они почувствовали сильный трупный запах. Миновали жилые помещения, куда только заглянули и посветили фонарями, но решили не заходить. Прямо у порога скрючилось на полу несколько тел, а чуть дальше они лежали вповалку.
Так же быстро поисковики миновали столовую, куда, судя по навесному замку, явно давно никто не входил — все обедали там же, где спали.
Прямо за поворотом по левую руку оказалось помещение, отделенное от коридора двумя стеклопакетами. Табличка «Оперативный дежурный города Новосибирска» развеяла последние сомнения.
Они зашли, с трудом открыв дверь и выдержав напор хлынувшей навстречу воды.
Обстановка была спартанской, но удобной: вращающееся кресло, два рабочих стола, шкафчик. На одном столе — коммутатор, микрофон и два черных телефона. На другом — древний телетайп. На полу под ногами лежала ковром сгнившая бумага, папки, хрустнул у кого-то под ногой и без того разбитый монитор. В углу висел белый громкоговоритель, над ним желтый плафон с надписью «тревога», который должен был зажечься в день «Ч» для постоянного дежурного, который по идее нес здесь ежедневную вахту. На стене электронные часы: «Время московское» — «Время местное».
Коммутатор больше напоминал мини АТС: номера, которых было около сотни, делились на внутренние и внешние. Если с внутренними все было ясно, то внешние могли относиться и к двум другим убежищам из комплекса.
— Да плюньте вы, — поторопил Антона проводник. — Никого там не нет. Мэрские, по ходу дела, даже спуститься не успели. И военные тоже. А может, их противобункерным накрыли, еще до главного удара.
Они уже собирались уходить, когда взгляд Антона упал на деталь, которой в первую секунду они не заметили: большой сейф в углу.
— Погоди. — Он помнил распоряжение майора. — Где ключи от сейфа?
— Не знаю, — хмыкнул чиновник. — Я по хозяйственной части был. Когда убегали, про документы никто не вспомнил. А те, кто в пункте управления находился, не выбрались.
— Ну, раз по-хорошему нельзя, придется по-плохому. Мерс, иди сюда, для тебя работа.
Леха уже был тут как тут с термитной шашкой.
— И зачем нам эти документы?— язвительно спросил Хомяк, следя за работой товарища. — Заламинируем, будут в музее храниться?
— Хер его знает, — пожал плечами Караваев. — Но Борисыч об этом отдельно напомнил. Значит, надо.
Сейф долго не поддавался высокотемпературному пламени, хотя обычный, из стального листа, они бы вскрыли за несколько минут. Мерседес заикнулся было про толовую шашку, но его идею не поддержали. Наконец с помощью термитного состава удалось срезать петли и крышка бултыхнулась в воду, подняв фонтан брызг. Антон оперативно сгреб содержимое сейфа в целлофановый пакет и сунул его в рюкзак, успев заметить среди кипы инструкций и схем книгу в красной обложке. «Оперативный журнал».
Здесь же лежал ноутбук. Похожий Антон видел только у главвыживателя Богданова: на этой штуке можно было хоть лезгинку танцевать, ничего ей не будет. Еще в ней был топливный элемент: заливай бензинчик и работай год без подзарядки. Хоть он и весил за счет этого больше обычных моделей, оставлять его было бы преступлением.
Осмотр пункта управления много времени не занял — тот напоминал зал заседаний какого-нибудь учреждения: потухший год назад экран на стене, большие столы с телефонами и типовыми лампами и креслами. Председательское место с красным телефоном без циферблата. На стене несколько схем — водоснабжение и канализация города, энергосети, схема эвакуации. И еще какая-то цветная размокшая карта — стекло, закрывавшее ее, треснуло, но Антон сумел разглядеть цветные круги и закрашенные цветом районы. Зоны поражения?
Можно было представить, какая разыгралась тут драма и как солидные господа в галстуках, с серыми и окаменевшими лицами, хватали телефонные трубки, пытаясь дозвониться до поверхности. Узнать, что с их родными и близкими. Но представлять такое Антон не собирался, ему хватало своей памяти. Поисковики направились к финальной точке их маршрута — складу продовольствия. Несколько человек прихватили с собой сувениры — ручки, зажигалки, но Караваев решил смотреть на это сквозь пальцы.
Крысы жили тут и раньше, но их были считанные единицы. Все-таки трудно было прокормиться в пустых тоннелях. Потом, когда пришел огонь, а перепуганные двуногие наводнили подземелье, этим существам стало много лучше. Там, где люди погибли сразу, они стали поживой стаи. Там, где продержались чуть дольше, пищей были их отходы. В любом случае людям было не до них, и никто не раскладывал приманок с отравой.
Это был час их триумфа. Они всегда могли рассчитывать на свой кусок. К весне 2020-го их было уже в пятьдесят-сто раз больше, чем в августе 2019-го.
