– Тут шоколада не купишь. Даже карточные продукты иной раз не доходят.
– Кракены отрезали Гдыню, но, кажется, проблема уже решена. Конвои снова начали плавать.
– Мы на краю, в самом конце цепи. Прежде чем до нас довезут то, что приплывет кораблями, пройдет и квартал. Есть вещи более важные для перевозки, чем шоколад. – Вацлав наклонил чашку, допивая кофе.
– Не для детей, – улыбнулся Каетан.
– Да, тут ты прав… – Шернявский встал со стула, подошел к полке, потянулся за лежащей на полке картонной папкой. – Ну ладно, что ты хочешь знать, я здесь…
Его прервал телефонный звонок из-за закрытой двери. Он направился в ту сторону, но сигнал замолчал, послышался приглушенный голос Анны. Потом женщина вошла в комнату.
– Вацлав, это тебя. Кажется, срочно. – Она, извиняясь, взглянула на Каетана, словно бы то, что она забирает у него собеседника, было ее виной.
– Держи, просмотри бумаги. – Хозяин положил папку на стол, а сам вышел. Поднял трубку. Каетан слышал только его короткие ответы. – Да. Я здесь. Не закончили. Понимаю. Думаю, без проблем. Хорошо, передам. Ясно, собираемся.
Вернулся.
– Увы. У нас тревога. Зарегистрировали орду, идет с северо-востока. Ничего особенного, если только это не авангард.
Жена посмотрела на него вопросительно.
– Нет, мы не уходим на территорию, но я должен немедленно явиться в штаб. – Он взглянул на гостя. – Такой вот у нас тут отдых.
Каетан встал, но Шернявский остановил его движением ладони.
– Нет. В тебе там необходимости нет. Комендатура ожидает, что тебя сперва введут в курс дела, что я передам тебе всю необходимую информацию. Если окажется, что ты тоже нужен, они дадут знать.
– Что мне делать?
– Оставайся тут. Посмотри документы. Аня сделает тебе еще кофе. А потом пойди прогуляйся. Ты ведь вроде бы собираешься с кем-то встретиться?
– Да, но это не настолько срочно.
– Ага… Ну, как хочешь. Аня объяснит тебе дорогу, при случае осмотришь город. Такие передвижения орд у нас случаются раза два в месяц. Мы в безопасности, – сказал он жене. – В городе балаховцы, у нас хватает войск. Ничего не случится.
Он снова повернулся к Каетану, протянул руку.
– Ну, мне нужно идти. Полагаю, что продолжим после обеда. Готовь вопросы. Реши, на что хочешь посмотреть в городе.
Он вышел. Каетан еще услышал поцелуй и тихое: «Все будет хорошо». Клацнул замок, хлопнула дверь, а потом Анна заглянула в комнату.
– У меня есть работа, ты ведь не обидишься, если я не посижу с тобой?
– Не переживайте, но… – Он сделал паузу.
– Еще шарлотки? – спросила она, и на лице женщины впервые за сегодня проявилась ничем не замутненная радость.
– Гм… да… если можно. – Он попытался улыбнуться в ответ, но, кажется, получилось так себе. Он странно чувствовал себя в обществе этой женщины, что была куда старше его. С одной стороны, она напоминала ему приемную тетку, сестру Роберта, игравшую роль его опекунши. С другой – была еще не старой, вполне симпатичной…
– Мой сын тоже сильно ее любил, – сказала она вдруг и моментально сделалась серьезной. – Ты совершенно не напоминаешь его, но я рада, что ты к нам пришел.
Прежде чем он успел что-либо ответить, она вышла, чтобы через минуту вернуться с новой чашкой кофе и большой порцией пирога. А потом снова исчезла, прикрывая за собой дверь.
Каетан уселся поудобней за столом, взял кусочек шарлотки, отпил еще горячий кофе и открыл папку.
Внутри оказалась стопка бумаг, снимков, газетных вырезок, документов, собранных без особого порядка. Но все они касались Тумана, Транссиба, урка-хаев и других аспектов Восточных Кресов свободного мира. Наверняка Шернявский собирался использовать их в своем рассказе. На дне папки лежал еще конверт с печатями высокой степени секретности и серьезной магической защитой. Но поскольку Шернявский отдал папку ему, Каетан решил, что имеет право просмотреть документ. Произнес соответствующие формулы, переломил замки, вынул бумаги. Это была выписка из дикшинерогического исследования, проведенного эльфом, Моорена’Аном, который провел глубокое сравнение кадабровой магии эльфов и фаговой силы балрогов по отношению к явлениям, приносимым и создаваемым Туманом. Исследование представляло базовые данные для людей, работающих на обоих фронтах, и Каетан, естественно, давным-давно был с ним ознакомлен. Однако на этих листках выдержка из учебного пособия была дополнена самыми новейшими данными – несомненно, секретными.
Он вложил бумаги снова в конверт и запечатал его секретностью.
Доел остатки пирога и, пользуясь тем, что он все еще один в комнате, очень некультурно смахнул пальцами крошки и всыпал их в рот.
Разложил документы на столе. Посмотрел на часы: приближался полдень. Он решил, что даст себе время до двух, а потом отправится в город. Подумал, что, возможно, все же проведает Александру Мацеевицкую.
