– Да. Мне пришлось отказаться от своего прошлого так же, как и вам. Но я в своих стремлениях пошел куда дальше, чем вы. Я посвятил свою новую жизнь борьбе, и мое имя – это ее символ. Со временем вы поймете, о чем я говорю, – Кардинал наклонился поближе к собеседнику. – Однако не об этом я хотел с вами поговорить. Наверняка вам интересно, к чему я устроил весь этот спектакль со спичками и вытащил вас из зоны комфорта. Дело в том, что не так давно я столкнулся с существенной душевной проблемой, затрудняющей мое дальнейшее продвижение к цели. Именно по этой причине я решил найти специалиста в области человеческих мыслей и чувств. Человека, способного помочь мне расставить все на свои места. Я искренне надеюсь, что вы и есть тот самый человек, которого я так отчаянно искал.
– В чем же суть вашей проблемы? – спросил психиатр, не скрывая свою заинтересованность.
– Скажите мне, вас часто беспокоят призраки прошлого? События, которые давно прошли, плохие поступки, отложившиеся в памяти, и люди, которые уже давно умерли?
– Не сказал бы, что это происходит часто. Быть может, вам нужно помочь разобраться с чувством вины?
– В каком-то смысле да. Так же, как и ваши пациенты теряли рассудок, я с каждым продвижением к цели все больше и больше теряю свою человечность. Я надеюсь, что вы поможете мне не потерять себя, – Кардинал вновь улыбнулся, но на этот раз уже не так воодушевленно, как раньше.
– И какова ваша цель?
– Я думаю, вы и сами все поймете. Скоро мы приедем в мой дом, и я смогу наглядно продемонстрировать вам спектр моих занятий и возможностей. Ну так как, вас устраивает предложенная работа?
– А у меня есть выбор? – с иронией в голосе спросил психиатр.
– Выбор есть всегда. Например, сейчас вы можете ответить отказом и придерживаться своего выбора до конца жизни, – с сарказмом ответил Кардинал.
– Вопрос в том, насколько продолжительной такая жизнь выйдет. Я уже понял, в какие игры вы играете, Кардинал. Вас не волнуют другие люди, ведь для вас это всего лишь стратегический ресурс. И моя жизнь не исключение. Но имейте в виду, если вы хотите решить свою проблему, вы должны полностью довериться мне и отвечать на все вопросы прямо. Иначе результатом моей работы станет лишь пустая трата времени и сил.
Кардинал несколько мгновений смотрел на психиатра с каменным лицом, а затем захохотал.
– А вы мне нравитесь, Николай! Мы с вами быстро подружимся. Уверяю вас, что ответы на ваши вопросы не заставят себя долго ждать, но вам нужно проявить некоторую учтивость для того, чтобы их получить. С моим родом занятий достаточно трудно кому-то по-настоящему довериться, но я постараюсь от вас ничего не скрывать. Так или иначе, теперь мы связаны. Я зависим от вашей помощи, а вы зависите от информации, которую я вам преподношу. Ведь чем больше вы знаете, тем большую вы представляете угрозу. Причем не только для меня, – ухмыльнувшись ответил он, после чего отвел взгляд в сторону окна. – К слову, мы уже приехали. Смотрите и восхищайтесь, психиатр! Теперь это ваш новый дом.
Перед взором Николая Александровича предстал крупный особняк, со всех сторон закрытый возвышающимися к небу соснами. Перед зданием была разбита аллея и главные ворота, являющиеся частью периметрального ограждения. На территории здания расхаживало около десятка людей, которые занимались благоустройством внутреннего двора.
– И это все ваше?! Да этот особняк должен стоить миллионы! – воскликнул от удивления Николай Александрович, который никогда в своей жизни подобной роскоши не видел.
– Если вас удивляют даже такие мелочи, то ваше сердце не выдержит, когда вы узнаете об остальных аспектах моей деятельности, – ответил Кардинал, попутно показывая какие-то жесты людям во дворе. – Боюсь, что вам придется привыкнуть к подобным потрясениям.
Каждый ответ человека в черном вызывал у психиатра лишь еще большее количество вопросов. Он пытался найти хоть одно логичное объяснение происходящему, но, как всегда, лишь терялся в догадках. Николай Александрович не знал, кто такой Черный Кардинал. Кроме того, он не знал, зачем на самом деле его наняли на столь подозрительную работу. Но одно он знал точно: подул ветер перемен.
Над столицей сияло солнце. Даже слепой прозрел бы, представ перед здешними красотами. Здания стремились к небесам, пешеходные улицы были настолько широкими, что больше напоминали проезжую часть, а люди сияли от гордости. По крайней мере, так казалось приезжим. На самом же деле все обстояло несколько сложнее. У каждого нового небоскреба была своя цена. У каждой новой улицы своя причина. У каждого человека свое бремя. Огромный город мог в миг поглотить неосторожных гостей, ставших жертвой местных красот. Иными словами, мнения о столице были противоречивы. Правда же, как и всегда, витала где-то неподалеку.
