– Знаешь, прожив такую немаленькую, в общем-то жизнь, я уже давно осознал, что случайностей не бывает. Всё в мире подвержено законам бытия, физического и духовного. И если физические законы мы можем доказать и разложить по полочкам, чем и занимаются различные науки: точные, естественные, гуманитарные и прочие, то с духовными законами всё не так просто. Да, религия, к примеру, пытается установить моральные и этические нормы в обществе, некие правила поведения и взаимодействия людей друг с другом, разделить добро и зло. Существует этикет – правила поведения в социуме. Психологи опять же копаются в недрах человеческого разума, изыскивая логику тех или иных поступков и событий в жизни человека. Но, подумай, голубушка, далеко ли все они ушли, если мы до сих пор не знаем даже самого банального, самого простейшего, первой ступени, основы всего духовного – есть ли у человека душа? Да, я читал, как учёные взвешивали тело человека до и после смерти. И якобы даже уловили те самые три грамма, исчезающие в момент наступления биологической смерти. Но это всё лишь косвенные, размытые предположения. Философы ведут споры о предназначении человека. Эзотерики и маги ловят некие волны на могилах усопших, разговаривают с духами, по их словам. Но мы до сих пор не имеем достоверных сведений о том, куда же попадает душа человека после того, как его земной путь завершился. А теперь подумай сама, ты девочка неглупая, я это вижу, что мы знаем о Высшем разуме и мироздании? А ведь этот Высший разум определённо есть. В этом нельзя сомневаться. Некий Абсолют, Сущность, спроектировавшая Вселенные, миры и живых существ. Одна ли эволюция причина тому? Но ведь и эволюционировать нужно было из чего-то, из некой начальной точки. Где же она находится? Кто её создал? Пока что нам достоверно известен лишь один разум – «продукция», порождаемая нашим мозгом. Но ведь мы не одни в этом пространстве и лишь совершенно недалёкий человек скажет, что это не так, и он и есть вершина мироздания.
Старик замолчал. Кира в изумлении смотрела на своего спутника, слушая его рассуждения.
– А он не так прост, как кажется, – с восхищением подумалось ей, – Ишь ты, как завернул. Я-то думала, он кроме ёлок и медвежьих троп и не видел ничего.
– Прости, голубушка, заморочил я тебя своими стариковскими догадками и мыслями, – улыбнулся Пантелей Егорыч, – Не обращай внимания. Я лишь хотел сказать, что не верю в совпадения и случайности. И так скажу, коль тебе попала в руки дедова картина, то это не просто так. Акулина тебе её прислала, не иначе.
Кира так и застыла на тропке в изумлении.
– Как это «прислала»?
– Да вот так. Бабка-то твоя, Кира, ехидой была.
И опять это слово. Кира вспомнила, как Таисия уже упоминала его, боявшись какую-то ехиду.
– Да что вы все, сговорились что ли? То девушка какая-то странная сегодня ночью ко мне заявлялась, тоже про эту ехиду бормотала. То вы теперь, – Киру начинал раздражать этот разговор.
– Какая девушка? – отчего-то насторожился егерь.
– А я почём знаю, – пожала плечом Кира, – Постучалась ко мне на рассвете, едва гроза прошла, и давай меня стращать, мол, уходи отсюда скорее, не то ехида до тебя доберётся. Может поясните мне, кто это – ехида?
– В наших краях так называют тех, кто ворожит да колдует. Ведьма это одним словом.
Киру бросило в жар. И хотелось ей возразить Пантелею Егорычу, и даже обидеться на его слова, но память услужливо подкинула уже ясно вспомнившиеся ей моменты из далёкого прошлого – как приходили к бабушке незнакомые люди, как совершала она странные обряды и собирала всякие штуковины. Те самые, которые стояли в серванте – перья, осколки стекла, коренья, ржавые гвозди, иглы, обрывки верёвок и прочее. Как вязала из тряпья куколок без лиц. Она открыла рот, чтобы сказать что-то, но старик перебил.
– Тут до ближайшей деревни, откуда я родом, семь километров пути. По лесу. А семь километров по лесу и по благоустроенной дороге – это разные вещи, голубушка. Я-то, вишь, человек бывалый. Я, мало того, что родился и вырос в этих краях, так ещё и после армии и училища, всю жизнь егерем был. Леса окрестные, а они дремучие и бескрайние, знаю, как свои пять пальцев. Да и здоровьем, слава Богу, не обделён. Вот, как видишь, по сей день по старой привычке обходы лесного хозяйства совершаю, хотя уж десяток лет в отставке и стукнуло мне нынче семьдесят шесть лет. Я и на пенсию вышел не по сроку. Жаль было расставаться с любимым делом. Да и не гнали. Желающих бросить блага цивилизации, да поселиться вдали от города немного. А я всегда лес и зверьё любил. Зря не обижал, стрелял ровно столько, сколько на день грядущий нужно. И браконьерам спуску не давал. Так я к чему, милая, ни одна девица не прошла бы ночью да в такую грозу по лесу такое расстояние. А ты говоришь, она у тебя появилась на заре.
– Ну да, едва рассвело, трёх утра не было, – озадаченно промолвила Кира и тут же радостно спохватилась, – А дорога! Дорога-то рядом. Трасса. По которой я и сама приехала. Может она тоже на транспорте?