Собор доминировал над городом, он занимал квартал почти целиком, а принадлежащие ему угодья растянулись еще шире. Рука Виктора коснулась главной двери как раз в тот момент, когда румяный человек в свитере собрался ее запереть. Радек показал ему удостоверение Интерпола.
– Какой‑нибудь священник еще здесь? Прошу прощения, что явился так поздно.
Глаза румяного остановились на удостоверении.
– Я один из викариев.
– У меня будет к вам несколько коротких вопросов, – сказал Виктор, – если у вас найдется минутка.
– Думаю, найдется.
– Я расследую дело, где задействовано несколько довольно… мистических элементов, и вышел на незнакомый термин. Мне подумалось, вдруг кто‑то в церкви сможет помочь.
– Что это за термин? – поинтересовался викарий.
– Тутори.
Священник впустил посетителя в храм, но дверь за ним закрывать не стал.
– Это латынь?
– Возможно, – сказал Виктор. – Переводится приблизительно как «хранитель». Может, вы слышали о связанной с церковью организации, которая так называется?
Его собеседник сжал челюсти, покачал головой.
– Боюсь, я ничего такого не знаю.
– А библиотека у вас есть? – спросил профессор.
– Самая большая церковная библиотека в стране. – Викарий вздохнул. – Я так понимаю, до завтра это не подождет? Днем у нас тут всегда свой историк.
– Не уверен, что он понадобится, – возразил Виктор. – А вот если у вас есть каталог, это ускорит процесс.
– Каталог теперь в электронном виде. Обычно находите книгу онлайн, делаете запрос и на следующий день приходите за ней.
– Но если нужная книга есть в фонде, вы ведь и сейчас можете мне помочь?
– Само собой.
– От имени Интерпола благодарю вас за сотрудничество.
Викарий что‑то пробормотал в ответ, запер центральный вход и повел Виктора по коридору сперва в тесноватую административную часть собора, а потом – в устланный ковром кабинет.
– Библиотека в другом здании, но каталог можно проверить отсюда.
Сложив руки на груди, Виктор ждал, пока загрузится компьютер. Если в Йорке самая большая в Англии церковная библиотека, значит, тут одно из наиболее подходящих мест в мире за пределами Ватикана, чтобы поискать источники со словом «тутори».
На мониторе появился каталог. Викарий авторизовался, уточнил у Виктора написание и набрал нужное слово в строке поиска среди заглавий.
Ничего не нашлось.
– Давайте попробуем расширить поиск, – предложил викарий, – пройдемся и по текстам тоже.
Новый поиск дал несколько результатов на итальянском, Радек просмотрел их и счел не относящимися к делу. На душе у него стало тяжело: он возлагал на церковь большие надежды.
– Вот ведь не повезло!
– Я могу что‑то еще для вас сделать?
– Нет ли каких‑нибудь не внесенных в каталог книг? – поинтересовался Виктор. – Возможно, из запасников или особо редких.
– Боюсь, что нет.
Было поздно, и Виктор решил зайти на пинту пива в один из бесчисленных пабов Йорка. Любимое изумрудное зелье ждало в гостинице, и профессор знал, что придет миг, когда противостоять соблазну станет невозможно. Но впервые за очень долгое время он боялся, что абсент вытащит на поверхность сомнения, способные помешать ясности его мыслей.
Город окутала бархатистая тьма. Виктор проходил бар за баром, и каждый последующий казался притягательнее и самобытнее предыдущего. Чего стоили одни только названия: «Как попало», «Двуколка», «Трехногая кобыла», «Дом трепетного безумия»…
Продолжая путь по Питергейт, Виктор добрался до Шемблз, каменного переулка, некогда замусоренного требухой и залитого кровью, потому что тут располагались мясные лавки. Теперь вдоль мостовой вплотную друг к другу выстроились дома с деревянными архитектурными элементами и специализированные магазины, шаткие козырьки которых нависали над узкими тротуарами. Виктор остановил свой выбор на «Золотом руне», мрачном баре, двери которого выходили прямо на улицу.
Над входом на длинном кронштейне висело довольно‑таки зловещее выпуклое изображение золотого барана, но темноватый интерьер выглядел уютно, а из дверей не валили толпой пьяные посетители, как частенько тут случалось. Виктор прошел по коридору, увешанному газетными вырезками о вроде бы встреченных кем‑то в Йорке призраках, и оказался в зальчике, где в каменном очаге пылал камин, а за деревянными столами, на которых горели свечи, поодиночке заседали немногочисленные посетители. Он устроился у стойки бара и заказал местный эль.
Барменша поставила перед ним кружку. Седеющие волосы женщины были собраны в строгий пучок, отчего худощавое лицо казалось еще более напряженным.
– Первый раз в «Руне»?
– Да, – признал Радек.
– Пришли посмотреть на Даму?
– Простите?
– Вы похожи на охотника за привидениями. Они приходят примерно раз в неделю.
– Я так понимаю, что упомянутой Дамы больше нет в земной юдоли?
– Где‑то примерно с тысяча семисотого года. Вы ведь знаете, что в «Руне» водятся призраки?
– Неужели? – ухмыльнулся Виктор.
