А очередное облачко тем временем было уже совсем рядом с ней. Не давая ей опомниться, оно подплыло совсем близко и краем прикоснулось к подолу ее платья… И тут же Катерина и сама закричала, не в силах сдержаться — ужасная боль охватила ее ноги до коленей и быстро поднималась выше. Резким движением подхватив юбку, Катерина дернула ее вверх и снова закричала — теперь уже от ужаса: кожа на ее ногах в местах, где к ней прикасался зеленый туман, словно растворялась, таяла, открывая ужасные кровоточащие раны. Ручейки крови уже бежали по ее ногам, образовывая лужицы вокруг совсем еще недавно жемчужно-серых туфелек — но теперь, пропитавшись кровью, они стали багряного цвета.
Кое-как сдерживая крики, Катерина сделала несколько шагов туда, где оставила Виктора, надеясь, что ей удастся избавиться от облака, которое придвигалась к ней все ближе. Но надежда ее оказалась напрасной — словно зацепившись за ее ноги, облако двигалось вместе с ней, и вот уже ужасная боль поднялась выше коленей… Неосторожным движением Катерина задела облако рукой — и оно прилипло и к ней, держась цепко, словно кипящий сироп, и разъедая перчатку — вместе с кожей под ней.
Не в силах больше выносить боль и слабея от потери крови, Катерина рухнула на пол, едва успев вытянуть здоровую руку и немного смягчить падение. Вдалеке она увидела вспышки яркого света, затем еще — в другой стороне, а миг спустя все залил белый свет, и все ядовитые облака исчезли, на миг вспыхнув ярко-алым огнем. Из последних сил Катерина приподнялась и осмотрелась — вокруг, всюду, лежали и сидели пострадавшие люди. Их было очень, очень много.
Последнее, что увидела Катерина — лужицы, пятна и ручейки крови. Кровь заливала пол, пятнала стены, капала с поднятых в мольбе слабеющих рук… Кровавое море… Застонав последний раз, Катерина обессилено упала на пол, и благословенная чернота избавила ее от страданий.
Катерина пришла в себя резко, будто вынырнула из-под воды, и так же резко и оглушающе на нее накатила боль. Как ни стискивала она зубы, не смогла удержать громкий стон, и тут же к ней подбежала девушка.
— Сейчас я принесу усыпляющий амулет, сейчас, сейчас, — заторопилась она, но Катерина остановила ее, еле выговаривая слова от нестерпимой боли:
— Что происходит? Почему меня не вылечили? Почему… — Она осеклась, прислушиваясь — то с одной, то с другой стороны доносились стоны и крики, — Почему нас никто не лечит? Что происходит? Мне нужен Виктор, или Алиса, или доктор Ганц! Немедленно! — выкрикнула она из последних сил и зарыдала.
Боль не ослабевала, но все же сознание человека — гибкий инструмент, и спустя пару минут Катерине показалось, что боль стало чуть проще переносить, и она попыталась рассуждать. Но информации было слишком мало. Вот был бы тут Виктор…
«Кольцо!»
Катерина осторожно приподняла левую руку, прямо таки кричащую от боли, и с удивлением уставилась на толщу пропитанных кровью бинтов, закрывавшую ее кисть и запястье. Кольцо, скорее всего, сняли и куда-то убрали — значит, с Виктором не связаться. Почему же маги даже не остановили кровь? Вспомнив, как выглядели ее ноги и соотнеся это с местами, откуда доносилась до мозга ужасающая боль, Катерина вздрогнула — на этот раз, от страха. Умереть с такой кровопотерей — легче легкого, но она все же еще жива. Вопросы, вопросы, одни вопросы!
— Катерина!
Доктор Ганц вошел к ней, не церемонясь, и сел на стоявший около кровати стул, от чего тот сразу стал казаться игрушечным под огромным телом доктора. Стараясь унять слезы, Катерина посмотрела на Ганца и произнесла почти без стонов:
— Что происходит? Где все целители?
По мигом окаменевшему лицу доктора Катерина поняла — первым же вопросом она попала в цель.
— Целители… не могут исцелять. Любая лечебная магия, направленная на раны, лишь делает их шире и глубже! — доктор в ярости сжал кулаки, а лицо его исказила мука, — Мы беспомощны, словно дети! Мы используем лечебные средства Земли и Центиса, мы магией создаем пострадавшим новую кровь прямо внутри сосудов, но этого слишком мало! Они продолжают истекать кровью, а маги лишаются последних сил, восстанавливая ее! Скоро уже некому будет этим заниматься!..
Он растерянно замолчал, поняв, что сорвался, по сути, перед пациенткой. Но тут вдруг Катерина совершенно сбила его с толку:
— Это пророчество… Целитель — поумерь свой пыл! Да, поумерь, ведь от твоих чар пациенту станет только хуже! Какой кошмар… Но смерть не победит, нет!
— Мои друзья… Алиса, Виктор, Тея… Как они?
