Ну, лепота! – подивился Петр. Он огляделся. Впустить его впустили. А где народ? И если все ушли, тогда кто открыл? И где Марта?
В это время вошла сестра со словами, что как ни жаль, но он опоздал. Но пусть скажет, чем она может помочь. Если надо, она его запишет к доктору на прием, только для этого им лучше пройти в бюро.
Петр поздоровался и пустил в ход весь свой шарм, чтобы расположить эту женщину к себе. Он объяснил, что пришел поговорить с Мартой Ленц. Что у него к ней дело, так как он работает на ее дочь вместе со своим другом Клинге и…У них теперь так много забот. Он помогает. Все заняты. А у Лины брат в Петербурге. У них общие дела.
Сестра Михаэла Краус – строгая женщина средних лет в очках и белом халате, уже почти освободилась. Ей нужно было только кое-что запереть и можно уходить. У «путцфрау» ведь свои ключи.
Михаэла сегодня не слишком торопилась. Дома ее никто не ждал. Она уже слегка перекусила. А рыжий посетитель – иностранец, одетый не броско, но по настоящему хорошо – она-то в этом понимала – был человек любезный и занятный. Она привыкла – в Мюнхене среди пациентов много иностранцев. Часто приходят люди, с которыми трудно объяснится. Она справляется, но это нелегкий труд! С этим же разговаривать не составляло никакого труда.
Даже имя у этого посетителя несложное. Он сразу попросил называть его Петер, а про фамилию свою сказал, что если ее перевести, выйдет «Амзель»! Сестра обрадовалась – очень интересно! Не фокус, что она охотно разговорилась.
Они принялись болтать и она рассказала своему собеседнику сначала о себе, потом о шефе, докторе Шрайбере и его жене. А там они незаметно перешли к тому, зачем пришел Петр. Семейство Ленц!
И тут Михаэла совсем оживилась! Это было так необычно – миллионер, семья Марты, которая у него поселилась, его насильственная безвременная смерть…
Марта? Пока она у нас работала, все были довольны. Она хорошая и прилежная. Честная женщина, хоть и не святая. А кто святой? В конце концов, кто без слабостей… Сейчас ей снова деньги нужны. Она, вы знаете…у нее такие с этим хозяином… Ну, он же с ней…
И, сестра, понизив голос, принялась за жгучие подробности. Марта была на работе не так уж сдержана на язык. Ей тоже иногда хотелось поделиться. Если б не некоторые соображения… если б не разговоры с Ритой… А так? Нет, Петр не очень удивился. Его предположение подтвердилось.
Поговорив с Михаэлой еще четверть часа, он не стал дожидаться Марты. Она явно задерживалась. И к лучшему. Придумав подходящую отговорку, Петр объяснил, что ему пора.
Он вышел вместе с сестрой Краус и, сердечно с ней, распрощавшись, решительно взялся за мобильный телефон.
– Рита? Добрый вечер. Знаешь, у меня новости. Если у тебя нет других планов… Примерно через час? Я жду тебя. Давай поужинаем вместе, я все тебе расскажу. Идет?
Очень довольный, он было направился к метро, но тут же передумал. Нет, время есть. А настроение такое, что хочется пройтись. Они увидятся! Он это сегодня заслужил. Все складывалось необыкновенно удачно!
Момент истины
Олег Майский, которого за спиной дорогие коллеги нередко звали жуком, об этом знал. Я парень необидчивый, говорил он о себе. Но, вот, парнем, они его как раз не называли!
Олег был в «Ирбисе» старше всех. Луша, лет на двадцать моложе, соблюдала вежливость и пиетет. «Приходящие» – специалисты на договоре – тем более. С Марией Тимофеевной он был на 'вы', правда, сам он ее звал тетей Мусей, а она его даже порой Олеженькой, если в хорошем настроении!
Зато с шефом они были старые друзья и даже на службе на 'ты'. И потому, когда Олег поутру услышал в трубке треск, шипение, затем далекий, искаженный помехами голос, вдобавок, двоящийся или, скорее, множащийся эхом, он, не смотря ни на что, быстро его распознал.
– Жучище! Салют, дорогой. Если разбудил, прости. Ах ты, пропасть – в ухе, собака, трещит! Ты… слышишь меня, вообще? Я сейчас на волю выйду. Так… Вот. Теперь я на террасе. Ну, лучше? Давай. Привет! – речь Синицы стала, и вправду, отчетливей.
Майский, я тебе что-то купил. Но не скажу – сюрприз! В твоем любимом магазине. А пока не прибуду, придется поработать. Лушка сейчас где? Все в разъездах? Слушай, я получил депешу от Эрика. Мы договорились, что он нас обоих известит. В общем, так. В Питере дело продвинулось вперед. Они сделали, наконец, токсикологическую экспертизу. И выводы, ты понимаешь, до того интересные, что надо сначала покумекать.
Дело заключалось в том, что токсикологическая экспертиза в Петербурге пришла к выводам, которых никто из заинтересованных лиц не ожидал. Причиной гибели покойной Ларисы были вовсе не осы.
Сначала было решено, что ее ужалили. Но жала не нашли, значит, пчелу можно было исключить. Грешили на осу. Специалисты установили два места поражения и реакцию кожных покровов, усиленную тем, что девушка была аллергик. Опросили официантов и те показали, что в саду при особняке было немало ос. Они залетали на кухню и вполне могли оказаться на праздничном столе.
И вот новая экспертиза утверждает – невеста умерла от отравления ядом!
