На этом месте Синица, когда читал письмо, присвистнул и проворчал.
– Ну, ты смотри! Моя хваленая интуиция… Спроси меня, я бы держал пари сто против одного… Отчего-то я был почти уверен в несчастном случае. И это у девочки с таким прошлым, с мамой, умершей в тюрьме, с папой – миллионером, с маленькой дочкой, которая неизвестно от кого… Вот тебе, дорогой – отравлена! Пожалуйте в дамки! Очень полезно против наполеоновского комплекса всезнайства. Разным самоуверенным рыжим богатеньким Буратино, собственникам, зарвавшимся начальствующим кретиноидным… Эх!
Петр принялся снова за письмо. И приступ самокритики, осложненный хроническим недовольством собой, свойственным творческим натурам, сменился у него недоумением, и любопытством.
Патологоанатом и токсиколог едины в том, что яд поступил прямо в кровь. Содержание желудка дает однозначный ответ, что его не было в еде и напитках. Врач нашел также поражение на нижней части спины, которое можно квалифицировать как укус…
– Вот что, Майский. Ты – биохимик. В этом деле все время назойливо лезет фауна. Все же, тебе это ближе, чем нам с Костиной. Вспомним, с чего началось. Я себе спокойно сидел у Мишки, когда все это произошло. Эрик его нашел, идея номер один была – кто? Пчела! Не прошло и…
– Полгода? – подначил его Олег.
– Вот именно! Словом, потом они решили – оса. Теперь… Змея, рептилия, какой-нибудь ужасный варан. А что? Я читал, что вараны Галапагосских островов…
– Ох, эрудит ты наш. За что тебя люблю, начальник, ты у меня начитанный, ты – не какой-нибудь невежда! – Олег захихикал. Как раз слышно стало хорошо!– Вараны эти огромные! Ты как себе представляешь, варан вместо рояля сидит в кустах?
– Да перестань, нельзя пошутить… Ты слушай, директор говорит! Сначала я Мишке позвоню, потом ты. Езжай к нему. Пусть он сам подумает. Пусть свой народ, биологов потрясет. Что за яд? Растительного происхождения? Животного? Синтетический? Откуда он мог попасть? Устройте мозговой штурм! Следствие – следствием… А мы теперь список гостей получили – раз. Ребята – помощники побежали.
– Теперь – яд. В Питере пока ума не приложат, откуда он. Ну, Питер – не деревня. Но и в Москве не помешает узнать. Укусили, не укусили… рано делать вводы. Лады?
– Петя, ты еще яд не назвал. Чем хвалимся? С чем мне приходить к Михаилу? Я и сам среди своих пошурую.
– Да, извини! Эта мерзость называется –
Совет в Филях
Следствием этого разговора были посиделки, куда кроме Олега Майского Миша Скуратов пригласил нескольких друзей с факультета и приятеля из института тропической медицины.
Михаил принимал народ один. Среди его достоинств кулинарные блистали своим отсутствием. Он сходил в магазин купить «полопать и потопать» и позвал на кухню жену однокашника помочь.
– Дашка, я тут харчи разные заготовил. Моя боевая подруга ушлепала с потомками к родителям. Мы на просторе должны поесть и это… выпить и закусить, как положено. Потом я со всеми вами посоветоваться хочу. Друг просил летучий ученый совет организовать. А щас… поруководи, немножко, а? Я, знаешь, кроме кулеша на костре в экспедиции и всякого дерьма из полуфабрикатов как-то не…
– Ну, да. Зачем тебе, гвардейцу, кашеварить? Раньше, наверно, девочки роились, сейчас есть жена! – Дарья Рожкова ткнула Скуратова в бок и засмеялась.
– Даш, мы поможем! Я мужиков мигом организую, только скажи! – заныл Скуратов и просительно заглянул Даше в глаза.
– Ну, что с тобой делать – небось, все голодные. Иди, показывай припасы. И где тут у вас что лежит, раз ты уж такой бобыль, – для порядка поворчала Рожкова.
Они общими усилиями соорудили салат – композицию из слегка запеченных овощей, картофеля, креветок, пахучих травок – у Миши нашелся даже розмарин – сбрызнули оливковым маслом, бальзамико, посыпали пармезаном и принялись уписывать, запивая еду хорошим кьянти.
– Мишк, ты зря прибеднялся. Отличный провиант! Хлеб с маслинами один чего стоит. Дарья его подогрела в духовке, да с салатом, просто объедение! А там еще кое-что…
– Будет, будет! Ешьте на здоровье, мужички. Только давайте, погутарим. Мне муж сказал, что у вас летальный случай. Вы как, расскажете? Или есть диагноз и описание? О то заинтриговали… Но я, как пришла, меня отправили на кухню. А там, хоть Минька извинялся…
Дарью Рожкову – терапевта широкого профиля, специализирующегося на аллергии, биологи привлекли как консультанта первой очереди. Друзья попросили ее объяснить, как могла случится такая путаница.
Утолив голод, Майский сделал введение, и она обратилась именно к нему.
Диагноз был – анафилактический шок? И он… пациент, что – умер в больнице?
– Это не он. Девушка молодая. Там до больницы-то дело не дошло. Невеста умерла прямо на свадьбе. А вот диагноз как раз такой. Даша, я вас хотел попросить, вы мне – неграмотному, не докторским, а обычным языком, объясните, если не трудно, что бывает при этом шоке. Какие у него симптомы? – обратился к Рожковой, в свою очередь, Олег.
