— Ничтожество, — надменно ухмыльнулся Диармайд, подняв взгляд от книги.
Это стало последней каплей, похоже маг больше был не способен сдерживать силу кинжала. Он громко закричал и всё его тело опутали молнии. Стул, на котором он сидел, разнесло на куски разрядами. В воздухе чувствовался свежий запах озона и палёной пластмассы. Используя мгновенный шаг Иршад попытался нанести колящий удар в шею Диармайда. Но, когда клинок уже почти достиг его шеи, он пронзил воздух. Место, где только что был парень, оказалось пустым. Ираш почувствовал, как что-то толкнуло его в плечо. Он обернулся, и увидел самодовольную клыкастую ухмылку. Его ярость возросла ещё больше. Он уже давно был неспособен здраво мыслить, но после этого полностью отдался инстинктам. Всё, чего они требовали — убивать. Он напитал маной кинжал, начавший искриться бледно-серебряным светом, поблескивая от всполохов электричества на клинке, и вновь попытался ударить им Диармайда. Парень просто перехватил его кисть и сильно сжал, Иршад закричал, его кости превратились в крошево. Он был больше неспособен держать клинок и тот со звоном упал на землю.
— А-а-а-а-а, — закричал пленник. Он попытался ударить Диармайда снова, но тот просто стоял и надменно ухмылялся, не обращая внимания на полученные удары. Сам парень остался невредим, пострадала только его рубашка; из-за электричества ткань из изменённого хлопка покрылась подпалинами. Иршад чувствовал, словно колотит статую из изменённой стали. Надсмотрщик не то что не получил никакого урона, он даже не пошатнулся.
Они простояли так минут десять, пока рубашка Диармайда не превратилась в рваную тряпку. На его белой коже остались угольно-чёрные следы сажи от жжёной ткани, но никакого вреда Иршад так и не смог нанести крепкому телу мага.
Когда ярость отступила, пленник обессиленно рухнул на землю. Он поднял глаза и увидел лицо своего надсмотрщика, злое, упивающееся собственной всластью, полное какого-то извращённого удовлетворения.
— Неплохо… — довольно сказал Диармайд, — с этим можно работать. Результат — пять часов тринадцать минут. Но ты сдерживал себя из-за страха предо мной. А теперь, подними кинжал, нужно провести повторное наблюдение.
— Я… я не хочу! — дрожащим голосом сказал Иршад.
— Подними, или я буду тебя пытать, — глаза Диармайда загорелись от раздражения. Иршад ни капли не сомневался, что этот монстр умеет и желает пытать его. Он потянулся уцелевшей рукой к кинжалу, медленно, пытаясь оттянуть этот момент как можно дольше. А потом всё началось сначала…
— У тебя снова есть для меня работа, да? — Диармайд нашёл Мелиссу на веранде арендованного дома. Она до сих пор была одета в вечернее платье.
— Нет, ты уже всё сделала. Сейчас пришло время реализовать задуманное. Мы, при помощи шантажа, заставим знакомую Абдула подарить ему кинжал в назначенное время и будем наслаждаться результатом наших трудов, — Диармайд отмывал окровавленные руки призванной из кухни водой.
— Что с трупом? Мне о нём позаботиться? — не глядя на Диармайда спросила Мелисса.
— Нет, не нужно. Он уже разложился. Магия смерти идеально подходит для уничтожения органики, да и не только, — широко улыбнулся парень.
— Ещё три дня до назначенной встречи. Диармайд, сходи с Николь на свидание, — Мелисса помахала головой и обернулась к нему, улыбнувшись.
— Зачем? Мы вроде неплохо ладим… — растерялся парень.
Мелисса громко вздохнула.
— Блин… парни — форменные тупицы. Послушай, ходить на свидания нужно не только тогда, когда ты в чём-то провинился. Или тебе не нравится проводить с ней время? Подумай, как ей сейчас. Николь далеко не такая стойкая, как ты считаешь. Ей нужна забота и внимание, — Мелисса выглядела так, словно объясняла непреложную истину деревенщине, случайно вступившему на порог её вотчины.
— А как у вас с Лу дела? Мы сейчас почти не говорим… — удручённо сказал Диармайд. В последнее время они с Луиджи почти не общались.
— Как обычно, — пожала плечами Мелисса, — очень громко ссоримся, потом очень страстно миримся. Вы не ладите? Раньше были не разлей вода.
Теперь пришла очередь Диармайда пожимать плечами. Он и сам не знал, что между ними случилось.
— Когда я с ним говорю — он бросает пару фраз и уходит, словно спасается бегством. Между нами как будто стена выросла. Не знаю, может скоро он захочет уйти. Как я уже говорил: никого держать подле себя я не буду. Если он почувствует, что нам не по пути — он может уйти. Но… я не знаю, что такого сделал, из-за чего ему некомфортно рядом со мной.
— Думаю ты преувеличиваешь. Если бы Лу думал о чём-то таком — он бы сказал мне, — задумавшись Мелисса приложила указательный палец к губам. — Да и не виноват ты ни в чём. Уверена, если что и случилось — виноват в этом сам Лу, — широко ухмыльнулась волчица.
— Ладно, нам пора идти. И послушай мой совет — сходи на свидание с Николь., она заслуживает твоего внимания.
