— Переговоры? — усмехнулся Максим. — Переговоры будут, когда проедет этот долбанный кортеж. Будем штурмовать.
— Штурмовать? — возмутился Толик. — Так у них все карты на руках, а нам еще добежать по открытому пространству надо. У нас нет никаких шансов.
— Ладно, я пойду один, — сообщил Максим, согласившись с товарищем. Снял с плеча свой автомат с оптическим прицелом и передал ему. — На тебе, пулеметчик. Не открывайте огонь, пока точно не поймете, что они не собираются со мной разговаривать.
— Командир, давай я пойду, — предложил свою кандидатуру Макар.
— Я — последняя буква в алфавите.
Максим причесал шевелюру на одну сторону, будто его более опрятный внешний вид мог как-то помочь произвести благоприятное впечатление, и вышел из леса. Зашел он со стороны кормы, чтобы закатное солнце маскировало его, а часть платформы прикрывала от пулеметного огня. Первым его заметил мужчина, копошащийся возле котла. Он окликнул товарищей, затем взял в руки оружие и направил его на Максима.
— Я не вооружен, — сообщил Максим и поднял руки. — Я просто хочу поговорить с вами.
— О чем? — спросил забравшийся на грузовую часть платформы другой мужчина.
— Кто вы, откуда, с какой целью появились здесь?
— А ты-то сам кто, чтобы задавать такие вопросы?
Максим признал в этом мужчине командира.
— Вы находитесь в зоне нашего патрулирования, поэтому мы должны знать, кто вы и откуда.
— Мы? — командир «паровоза» посмотрел в лес по обе стороны от железной дороги и спустился под защиту бортов. — Ну, раз это ваша зона патрулирования, залазь, поговорим.
Максиму скинули сходни на три ступеньки. Он поднялся по ним и с интересом рассмотрел внутреннюю обстановку устройства. Она напомнила ему помесь деревенского сарая с гаражом автомастерской. Много деревянного из необработанных досок, кругом потеки масла, примитивные механизмы. Командир провел Максима под навес. На столе вразброс лежали карты, будто не успели доиграть партию.
— Присаживайся, — указал он гостю на скамью. — Мы тут остановочку сделали, чтобы давление поднять. Как удачно, да? — командир хотел посмотреть в глаза Максиму, чтобы оценить реакцию, но тот не дал этого сделать, отвернулся.
— Удачно, — согласился Максим. — Мы тут как раз собирались встать на ночной привал. — Судьба.
— Выпьешь? — предложил командир «бронепоезда».
— Нет, спасибо, на работе не пью, — отказался Максим.
— Да? — мужчина присел за стол и попытался снова поймать взгляд гостя. — И как же ты справляешься? Тут же жарит не по-детски. Сосульки эти черные еще появились.
Из последней фразы Максим сделал вывод, что экипаж «паровоза» не может принадлежать их партнерам, достигшим в изучении феномена черного спектра большого успеха.
— Есть свои приемы, — ушел он от прямого ответа.
— А мы не особо заморачиваемся, киряем потихоньку. Печень, конечно, не в восторге, — командир «бронепоезда» сдвинул карты в сторону. — Итак, формальная часть переговоров закончилась, пора понять, кто вы, и что патрулируете.
— Это территория общины «Миролюбовское водохранилище», — пояснил Максим. — Патрулируем трассу, стратегический объект. Гоняем разную шелупонь, чтобы не мешала хорошим людям спокойно ездить, — он не стал распространяться про дипломатический кортеж, предполагая, что эти люди могут здесь находиться с задачей помешать переговорам.
Командир «паровоза» цыкнул, примерив понятие «шелупонь» к себе.
— Нет, вас я не имел в виду. По лесам шарятся бродяги, устраивающие нападения на машины.
— Машины, — повторил мужчина. — Хорошо живете. А мы не стали ждать, когда у нас бензин и соляра закончатся, стали кумекать над паровой техникой. С топливом проблем нет, а железнодорожные пути подходят для этого идеально.
— Откуда вы? — напрямую спросил Максим.
— С севера. Больше тысячи верст прошли. Задачу нам поставили: узнать, кто чем живет, состояние дороги проверить, контакты, если получится, наладить. Хотя с такими расстояниями контакты — дело сложное. Больше из интереса. Экспедиция, считай.
— И что же вы узнали за тысячу километров? Есть еще люди в других местах?
— Есть, — командир встал и показал пулевые отверстия в бортах. — Вы, наверное, первые, кто не стал стрелять раньше, чем узнать, кто мы такие.
— Как у вас там с черным спектром дела? — спросил Максим.
— Ты про последнее мяреченье? У нас это так называют. Шаманы сказали, что последнее терпение бога закончилось, и он задался целью свести нас с лица планеты. Поделом, я считаю. А ситуация у нас такая же, как и везде. Прячемся в кругах жизни, без генераторов излучения никуда. Так близко к эпицентру мяреченья без всякой защиты, как вы, ни за что бы не пошли. Секретом не поделишься?
— Может не понравиться, — предупредил Максим.
— Да ладно тебе, я же не дамочка манерная, как-нибудь справлюсь.
— Оружие убери подальше, — попросил Максим.
— Зачем? — подозрительно спросил командир «бронепоезда».
— Чтобы не было соблазна за него хвататься.
