Дел у нее и правда было не много, так что, посовещавшись, жители деревни решили, что она будет пасти всех животных сразу, чтобы у других было больше времени на остальную работу. Никто и не был против. Скотины на все дома набиралось не то, чтобы много: три коровы, полтора десятка овец, и вот недавно кто-то купил еще пять свинок на разведенье. Были еще куры, но они шатались по деревне безо всякого контроля. Сама она согласилась сразу, родители подумали какое-то время, но потом тоже одобрили идею. Тут же всплыли на поверхность ее таланты: четвероногие слушались ее беспрекословно, не терялись, не пытались убежать. Однажды она даже сняла брюшную боль корове, которая мучилась и не ела несколько дней, поговорив с ней, и погладив.
- Али-иса-а. – Раздалось издалека. Девушка радостно обернулась на женский голос, подскочила, бросив не дочищенную свинью, и принялась ждать. – Что, опять рассказывала скотине сказки?
- Ма-ам. – Надула она губы. – Ты же сама говоришь, что нужно проявлять уважение, когда разговариваешь. – Кто-то в толпе согласно хрюкнул.
- Ой, точно. – Усмехнулась она. – И что же сегодня благородные господа изволили слушать?
- Благородные господа и Рудольф, - с нажимом выделила она последнее слово, - сегодня слушали про Красавицу и Чудовище, но я рассказала ее только до середины. Остальное услышат завтра, потому что один негодник с пяточком себя очень плохо вел. – Женщина обняла ее, и провела рукой по волосам.
- Только не говори об этом никому в деревне, милая. Неправильно выставлять друзей в дурном свете. – Добавила она как-то нервно, и прижала дочь сильнее.
- Что-то случилось? – Удивленно спросила Алиса, уловив интонацию.
- Ничего. – Пространно ответила она. – Боже, какой же красивый лес в это время года, деревья словно одеты в изумрудные ожерелья.
- Ого! – Мечтательно ответила девушка. – Расскажи еще.
- Солнце скачет по росе, отражается от иголок и свежих листиков, и само будто принимает их цвет. Весь лес лучится этим зеленым заревом. Будто свечу зажгли в шкатулке из самоцветов. – Завороженно описывала женщина. - А птицы? Их пение лучше любой музыки, что играют на пышных балах в украшенных замковых залах.
- Здорово. – Немного грустно добавила девушка. – Тот человек из столицы приехал к нам, чтобы это увидеть? Я так хочу расспросить его о жизни в городе.
- Нет. – Резче, чем требовалось сказала женщина. – Не стоит разговаривать с людьми из церкви, от них всегда жди неладного.
- Но наш священник…
- Никаких но! – Оборвала ее женщина, но, помолчав, продолжила спокойнее. – Собирайся давай, пора обедать.
- Может тогда не пойдем домой, раз он такой страшный? – Пробормотала девочка.
- Не прятаться же нам по лесам всякий раз, как очередной напыщенный гусь приедет к нам поглазеть на жизнь крестьян? – Скептично ответила женщина. - Так от каждой тени шарахаться будем, а жизнь-то продолжается. Тем более, не понятно, сколько он у нас пробудет.
- Ага. – Ответила Алиса, и принялась собирать с земли вещи. Повозившись немного, она помялась, и продолжила. – Знаешь, я тоже хотела бы побывать в какой-нибудь сказке.
- Так хочешь найти принца? – Усмехнулась женщина, радуясь переводу темы.
- Вовсе нет! – Смущенно ответила девушка. – Но если это обязательно, то я не против.
- Ах-ха-ха. – Рассмеялась мама.
- Что? – Переспросила Алиса. – Я разве что-то не то сказала?
- Не-а, просто представила, как тяжело тебе будет привыкать к жизни в прекрасном замке, окруженной слугами. – Девушка замерла, не донеся щетку до сумки, и задумалась.
- Пойдем, принцесса. – Сказала женщина, взяла дочь за руку, и потянула за собой.
- Ей, Венс, подойди, толкни этого школяра. – Толстый трактирщик плюнул на тряпку и тщательно протёр ею дно и стенки стакана.
- А с шиво ты взял, шо он учёный, Мате?
- А кем он ещё может быть, дубина? – Слабоумие вышибалы, казалось, прогрессировало день ото дня, и хозяин уже сам иногда жалел, что поддался искушению и нанял самого глупого здоровяка из всех. - Он одет в рясу, рядом с ним лежит огромный этот, как его там… короб евойный для бумажек. Но главное, дурень, что он спит там, где порядочный человек должен есть.
- Ооооо. – Крепыш многозначительно протянул, подошёл к спящему и принялся потряхивать его из стороны в сторону. – Ануу!.. подыма-айся!
- А? – Парень открыл болотно-зелёные уставшие глаза, обрамленные синяками, и, улыбнувшись, недоумевающе оглянулся. – Простите, любезнейший, кажется, я заснул.
- Ба! – трактирщик взмахнул руками - Венс, да он профессор. – Стены помещения дрогнули от смеха, которым разразился весь зал.Смеялся и парень, искренне и задорно, что не ушло от внимательного глаза хозяина.
