Врач округлил глаза и подскочил к кровати. Рейн, едва скрывая ухмылку — хоть кто-то говорил честно, — встал и строго посмотрел на Летона.
— Кир Б-Рас, я попрошу вас принести для каждого здесь второе одеяло, а также проследить за питанием, — Рейн посмотрел на Алкерна. — Запиши, что необходимо вынести на обсуждение в Совете размер пособия для всех пострадавших в ходе стачек.
Алкерн уставился на него непонимающе, затем медленно кивнул, скривив губы. Рейн почувствовал мрачное удовлетворение. Это выражение лица стоило того, чтобы подразнить Алкерна.
Лежащие стали оживать и уже охотнее говорили о том, что им нужно, задавали вопросы. Они, не таясь, разглядывали клеймо на щеке, но с каждым новым обещанием взгляды становились всё мягче.
— Ты должен сдержать эти обещания, — заметил Аст с хмурым видом. Рейн быстро кивнул в ответ. Сдержит. Может, не сейчас, чуть позже, но обязательно сдержит.
Когда они вышли из зала в коридор, Алкерн обратился к доктору:
— Кир Б-Рас, кир Л-Арджан будет рад посетить других больных и поддержать их.
Рейн кивнул в знак согласия, но всё внутри протестовало против. Опять эти взгляды, прикованные к клейму. Заученная ложь о том, как хорошо жилось в Кирии. Редкая просьба, а в ответ — только обещания, за которые ещё предстояло бороться с Советом.
Между тем, нужно было отыскать Аяну и поговорить с ней.
— У меня прихватило живот, где здесь туалет?
— Если вам нехорошо, кир Л-Арджан… — проблеял Летон и замолчал, когда Алкерн посмотрел на него.
— Прошу вас, кир Б-Рас, проводите кира Л-Арджана.
Летон взмахом руки подозвал молодого доктора, который незаметно держался вдали от них и что-то писал, прислушиваясь к каждому слову. Рейн пошёл за ним следом, зорко оглядываясь и примечая все коридоры, повороты и двери.
Итак. Его не хватятся минут десять, в лучшем случае — пятнадцать. Этого времени хватит, чтобы ускользнуть и найти Аяну, если она здесь. Ещё минут пятнадцать уйдёт на поиск — укромных мест не видно, но чтобы обойти всё здание, тоже потребуется время.
— А что потом? — встревожился Аст и провёл рукой по волосам. — Как ты это объяснишь?
Рейн пожал плечами. Придётся подставить доктора и сказать, что, когда он вышел, его не было. Пошёл назад, заблудился. Доктор начнёт оправдываться, и Алкерн, скорее всего, поверит ему, но не покажет виду, только больше не сведёт с него глаз.
Рейн обернулся на доктора, а затем закрыл дверь. Напротив входа было окно: достаточно низкое, перекладины посередине будут мешать, но боком протиснуться можно.
Рейн надавил на ручку, и она сразу поддалась. Он выглянул. Серое каменное здание опоясывал узкий карниз. По обе стороны — длинный ряд окон. Судя по хлипким деревянным дверям в коридоре, они вели в комнаты для персонала.
Пробраться немного дальше, найти пустую комнату, выбраться через неё и на поиски.
Рейн вылез на карниз и осторожными шажками стал пробираться дальше. Он смерил взглядом расстояние до земли — всего один этаж. Можно спрыгнуть, перелезть через ограду и убежать: прочь от Алкерна и слуг, от дворца, от Совета.
— Ты что, струсил? — послышался голос Аста.
Рейн покачал головой и остановился. Последнее окно в ряду было меньше и вело в комнату, заставленную каким-то хламом. Одной рукой держась за выступ на стене, другой он с размаху разбил локтем стекло. Прижался к стене, чтобы сохранить равновесие, и стянул жилет. Обмотал ладонь, стал выламывать кусочки стекла. Подстелил его на край окна, перегнулся и нырнул внутрь.
— Такое тебе с рук не сойдёт, — Аст попытался улыбнуться, но улыбка вышла неровной. Рейн вздохнул в ответ:
— Мне нужна правда.
Если бы Вир узнал, то воскликнул бы, что Рейн хочет уничтожить план. Пожалуй, Кай, Адайн и Ката поддержали бы его. Но ведь он имел право знать правду, правду о том, чего хотел его предшественник и почему так закончил. Рейн перевёл взгляд на Аста, прося подтверждения — ну имел же право?
Он схватил жилет, провёл по нему рукой и снова надел. Целый, отлично.
Рейн протиснулся между швабрами к двери, осторожно положил ладонь на ручку, и та сразу поддалась. Он выглянул в коридор. Доктор так и стоял у туалета, переминаясь с ноги на ногу. Выскочив из кладовой, Рейн скользнул за поворот.
Хозяйственная часть закончилась. Вдаль тянулся длинный светлый коридор, залитый солнцем. Одна из дверей была приоткрыта. Рейн прыгнул к ней, прижался к стене и заглянул внутрь. В белёной комнате на высокой кровати лежал мужчина с газетой в руках. Он делал вид, что не замечал сестру, пока она строгим материнским голосом вещала ему:
— Кир Ф-Хел, мы не можем выписать вас сегодня. Доктор Б-Ерис осмотрит вас завтра, однако желудочное кровотечение — слишком большой риск, и вы делаете себе только хуже, не слушая нас.
Мужчина с шумом отложил газету и резко бросил:
— Милочка, если бы вы знали, что мне пришлось пережить и с кем столкнуться, вы бы поняли, что терять мне нечего. Зовите этого вашего Б-Ериса, и пусть он выписывает меня сегодня же!
