– Стрижи быстрые, даже в каком-то смысле неуловимые, могут спать на лету. Воздух – их стихия, а главное – в природе у них почти нет врагов. Придерживаюсь этой философии.
– Учти, что сейчас нужно будет очень постараться.
– Пришел за деньгами? – невозмутимо интересовался Стриж, продолжая возиться с какими-то бумагами.
– В другой раз, – прохрипел Рейн.
– Тогда зачем? Неужели сделать ставку? – он изумленно посмотрел на него, а руки замерли над столом.
– Да. На то, что ты знаешь, где Варг.
– Не представляю. – Парень усмехнулся.
– Мне кажется или твой клюв стал длиннее? – Рейн прищурил один глаз, чуть наклоняя голову.
– Никто не знает, где он, – спокойно ответил Стриж, убирая папки с документами в сейф.
– Интересно, почему ты так в этом уверен? И на будущее: большинство считает, что он мертв, поэтому лучше придерживаться этой истории.
Парень проглотил язык, и Рейн, довольно хмыкнув, продолжил рассуждать:
– Может, ты так уверен, потому что я тебя пристроил к нему работать и только ты перед его исчезновением проводил в нашей табачной лавке все дни напролет?
– Да, я работал там пару недель, а потом в один день пришел к закрытой двери и с тех пор ничего о нем не слышал.
– Кроме того, что никто не знает, где он, – повторил Рейн.
Стриж пожал плечами с улыбкой, которую делила пополам тень от его носа.
– Это просто предположение.
– Слишком определенное для пацана, который толком-то и в дела не успел вникнуть. Знаешь, и у меня есть предположение, и я с нетерпением жду, что ты мне на него ответишь. – Рейн недолго помолчал, наблюдая, как Стриж растерянно захлопал глазами. – Львиную долю бабла Зельгенварг делал на ставках. Потом Ратмановы задвинули всех букмекеров на самое дно, но даже тогда он смог остаться на плаву. Учитывая это, ты все еще будешь пытаться меня убедить в том, что зеленый мальчишка, основавший свою компанию два года назад и до сих пор не разорившийся, а главное – так смело бросающий вызов льву в этом бизнесе в лице Ратмановых, справился со всем в одиночку?
– Можешь мне не верить, но это так.
– Когда меня держат за идиота, это очень злит и развязывает руки. Чтобы ты понимал, пару правил своего досрочного освобождения я сегодня уже нарушил, и теперь нет причин не продолжать.
– Ты угрожаешь мне, что ли?
– Он еще не понял, – тихо произнес Рейн, а потом громко заговорил: – Я могу вытряхнуть все дерьмо из тебя, или ты хорошенько подумаешь и скажешь, где Варг, и тогда достанется только ему. Так понятнее, что я угрожаю?
– Да с чего ты взял, что он вообще жив?
– Я всегда внимательно слушал его истории и знаю, что он был хорош в двух вещах: дружбе с опасными людьми и умении выживать.
– Ему уже тогда было почти семьдесят. Велик ли шанс, что он не отчалил на тот свет сам? Может, нашел подходящий объект для захвата? Может, у него свой цветочный магазин в Квартале Грифонов?
– Возможно, – задумался Рейн, – но он все равно продолжает помогать тебе с делом, иначе ты уже оступился бы и Ратмановы спалили бы здесь все к чертям, а это значит, что он – все еще он. В его возрасте ему нужна помощь, чтобы выживать, не используя магию, и при этом ни Сфера, ни Ратмановы не должны найти его на поверхности. Что скажешь? По-моему, честная взаимовыгодная сделка: у тебя – бизнес, у него – твоя помощь и глаза.
– Зачем ему прятаться от Ратмановых?
– Возможно, потому, что они меня заказали. Он меня подставил, отправив прямо к ним, но я не дошел и сел на дорогих пять лет, а его прижали вместо меня его же опасные дружки.
– Вот че-е-ерт, – протянул Стриж. – Я этого не знал.
– Наконец-то диалог!
– Сам ты к нему не попадешь, но я могу помочь.
Рейн смотрел, как ловко он забегал, проверяя свою контору и выключая свет.
– Что, и честного слова с меня не возьмешь, что я старикашке вреда не причиню или не сдам ваше укрытие Ратмановым?
– У него столько охраны, что при первом же подозрении тебя там и прикончат, – просто ответил парень и надел пальто, – а Ратмановым, похоже, тебе лучше не показываться на глаза. Укрытие же расположено так, что сотовой связи там нет, и тебя, если что, найти не смогут.
Стриж запер дверь, и Рейн ухватил его за протянутое предплечье. В следующий миг их обоих окатил дождь. Стена дождя посреди самой черной темноты. Только после того как парень зажег фонарь, стало ясно, о чем шла речь: вокруг стоял непроходимый и глухой лес. Ноги увязли в зыбкой грязи, а холод начал пробираться под прилипшую к телу одежду.
– Потерпи. На доме будет отвод, – объяснил Стриж, услышав, что Рейн выругался, ступив в очередную яму с водой и провалившись по колено.
Пока они шли, он наконец почувствовал облегчение, а после получасовой прогулки под ледяным ноябрьским дождем голову больше не травила ни одна мысль, кроме единственного желания – согреться.
Стриж остановился. В луче его фонаря показались невысокие сосны, скрывающие проход на поросшее желтой травой поле.
– Пришли, – сказал он и снова двинулся вперед.
