Яра решила пока не говорить об этом, но они уже кое-что проверили. Прошлой ночью Макс нашел ее спящей в палате у койки брата, где она провела два дня до этого. Он попытался разбудить ее и понял, что она без сознания. Когда же она пришла в себя, то рассказала ему о мальчике по имени Джо из записок, хранившихся у погибшего владельца книжной лавки. Они недолго сидели вместе, держась за руки, и он ощутил, как сильно истощился запас его магии, а потом завалил ее вопросами, ответов на которые у нее не было.
Яра нажала на кнопку вызова, и в палату вбежал Артём.
– Очнулся? – радостно спросил он.
– Позови Макса, – проговорил Рейн.
– Ты в порядке? – целитель внимательно оглядел своего подопечного и потянулся к коммуникатору.
– Его поймали? – вместо ответа снова заговорил Рейн и посмотрел на Яру, словно то, что они вдвоем живы, было неоспоримым подтверждением того, что Лоренс в камере.
– Нет, – тихо ответила она.
Он попытался встать с кровати, посматривая на Артёма, который уже говорил с Максом.
– Куда-то собрался? – отреагировал Кирсанов. – У тебя по расписанию покой, отдых, еще раз покой и потом снова отдых.
Рейн не слушал. Он будто о чем-то говорил про себя, а потом посмотрел куда-то в пространство. Вернувшись в реальность, он снова обрел внутреннюю решительность и злость.
– Что произошло там, в лавке? – отрывисто спросил он Яру, и она села рядом, пытаясь его успокоить, но сама не могла унять даже дрожь своего голоса.
Вопрос отправил ее к воспоминаниям, где ей было так страшно, как не было никогда. Лоренс нашел ее в дальней каморке помещения, в которой она пряталась, и выволок обратно в магазин, где Рейн истекал кровью после очередной попытки встать. Его пальцы сжались, как клещи, готовые свернуть ей шею, и она начала задыхаться. Стихия в Чертоге и свора бандитов – мелкие вспышки в том мистическом пламени, которое горело в глазах Лоренса. За тем пламенем скрывалась непомерная бесчеловечность, свойственная самым страшным существам, бродящим голодными по миру, вынашивающим свои фанатичные идеи, презирающим и нравственность, и закон.
От страшной боли сознание помутилось, а крик, который в ней душил Лоренс, превратился в полыхающий пожар внутри, готовый вырваться наружу и спалить весь мир. Вместе с этим криком на ней загорелся доспех, а затем она ощутила такой мощный выброс сил, что сама не поняла, как справилась с ним, и отбросила Лоренса. Он отлетел к противоположной стене и, влетев в окно с дребезгом бьющегося стекла, издал дикий вопль, а потом исчез. Стеллажи в лавке рухнули один за другим. В воздухе кружились листы из книг, которые один за другим начинало охватывать пламя.
Появился Макс, которому она успела написать, но сеть ослабла от взрыва энергии, дав Лоренсу возможность сбежать.
– Грязный джок, – в конце сказала Яра, всматриваясь в потемневшие от толстого слоя льда глаза Рейна. – Так он назвал меня, когда понял, что я использовала его магию.
– Ты делала что? – взорвался тихим недоумением Артём, слушавший ее не менее внимательно, чем Рейн и показавшийся на входе в бокс Макс.
– Об этом нельзя никому говорить! – громыхнули на него оба брата, и целитель словно стал в два раза меньше, а его голова втянулась в плечи.
– Забудь на месте, – быстро заговорил Макс. – Если я узнаю, что ты растрепал об этом хоть одной живой душе, способность шевелить языком к тебе вернется не скоро. А может быть, вообще никогда!
– Какие низкие выпады, Максим, и это после всего, что я для вас сделал… – Артём приправил обиженную мину горьким вздохом.
– Они это ценят, – вступилась Яра. – Просто способность шевелить языками у них не распространяется на благодарности. – Она порывисто обняла его, а потом попросила, пряча ладони в карманы джинсов: – Пожалуйста, не говори никому.
Пунцовый румянец расцвел на пухлом лице Артёма, и целитель всем своим видом показал, что эту тайну он унесет с собой на тот свет или сохранит надолго.
– Какого черта ты был один? – спросил Рейн у брата, опустив голову, но в этой позе не было бессилия – каждая мышца его тела напряглась.
– У меня все еще нет напарника, – объяснил Макс. – Это уже не важно. Есть три свидетеля. Когда мы дадим показания, ему назначат егерей.
– Он убил Риту. – Если бы Яра не смотрела на Рейна в тот момент, то ни за что не поверила бы, что это его голос: из него пропала вся жизнь и глубина, оставляя только хриплый звук пустоты.
– Я знаю. Его поймают, – обещал Макс.
– Поймают? – Рейн поднял на него взгляд, холод от него пронизывал до костей.
– Я бы не справился с ним, даже после того как ты выстрелил в него шесть раз и после того как Яра накрыла его таким валом энергии, который смел полмагазина, – твердил Макс, пытаясь донести до брата всю опасность происходящего. – Даже тогда у него все равно остались силы прыгнуть.
Рейн промолчал. Он будто был в двух мирах сразу и время от времени проваливался в тот, что мучил его рассудок.
– Ты готова? – прервал тишину Макс.
Яра кивнула. Она надела пальто и быстро запихнула в рюкзак с книгами кожаную папку.
Рейн вернулся в их мир.
– Куда вы идете?
