Я услышал звуки борьбы, затем они затихли, сменившись сдавленным рыданием обоих. Так продолжалось несколько минут. Я замер. Послышался топот сапог по лестнице.
– Они идут к нам! Бабушка!
Дверь с грохотом отворилась, ударила в стену. На пороге стояли те двое, что боролись с матрасом, только их добыча осталась валяться в саду.
– Карга! – проорал один. – Где спрятала золотишко?
Молчание.
– Говори, не то выпотрошу, как твой матрас!
– Не смей так разговаривать с моей бабушкой, выйди из комнаты! – послышался звонкий мальчишеский голос.
– Алёша, сынок! – Новый женский голос и шаги. – Не трогайте его, он ещё ребёнок!
Опять шаги. Тишина. Почему молчат? Что происходит? Я вновь заглянул в окно.
– Вы, Анна Александровна, теперь никто и не забывайтесь. Теперь мы правим. Деньги ваши государству принадлежат, а государство теперь – мы. Вы против закона идти хотите? – сказал наконец один из «верблюдов», тот, что матрас не порол, а только смотрел.
Анна? Я опешил. Аня? Вновь выглянул. Он стоял напротив сидящей старушки, бросая на её маленький силуэт огромную тень. Неужели она!
– Говори, где деньги, бабка? – подал голос второй. – Кузьмич, что мы церемонимся? Она старая, пустим в расход, никто не узнает.
Женский крик, переходящий в плач, затопил комнату, это кричала служанка. Аня поднялась во весь свой крохотный рост, гордо откинула выбившуюся прядь седых волос.
– Закончилось твоё время, бабка! – со злом плюнул старший из мужиков.
– Я тебя, Иван Кузьмич, ещё ребёнком сопливым помню, – услышал я голос дамы. – На кухне у нас поварёнком был, да пускай, что ленивым, зато добрый ты был. Мы с Настей играли с тобой, я азбуке учила, помнишь или забыл? Потом ты женился на Марусе, дочери нашего конюха. Мой папа ́ вам на свадьбу козлёнка от нашей пуховой козы подарил. Плохо тебе жилось? Ты посмотри на себя, ты же вор, разбойник и грубиян, а сейчас на женщину руку поднять хочешь? Такое нынче государство? Ни за что не поверю. Не допустит государь.
«Настя» – разрядом в голову это имя. Вот теперь я узнал Аню: гордая и смелая, в карман за словом не полезет. Что мне делать? Если вмешаюсь, она узнает меня, я ведь хотел только издали посмотреть и вернуться к королеве. Кто же знал, что такое творится.
– Заткнись! – блеснуло лезвие в грубой руке.
