Все те же редкие, равнодушные лица, мелькающие над заборами, занятые своими неинтересными, мирскими делами. Люди напоминали марионеток в неинтересном кукольном театре, исполняя по воле невидимого кукловода каскад заученных, унылых и однотипных действий.
Все то же запустение и тишина. Ни машины навстречу, ни детских игр в подворотнях, ни крупных животных выискивающих последнюю траву и конечно, что бесило больше всего, полное отсутствие потерявшегося Воронцова.
Вторым значимым объектов в деревне была покрытая черным асфальтом, небольшая площадь у местного Дома Культуры. Полукруг потрескавшегося полотна был практически пуст в обеденный час.
Впрочем, небольшая группа молодых людей обоих полов, все же сидела по старой, доброй, уркагановской традиции прямо на корточках на крыльце Дома Культуры, игнорируя стандартные лавки неподалеку. Все члены компании, не переставая монотонно жевать, молча смотрели на приближающегося Дениса, не выказывая ровным счетом никаких эмоций.
– Привет ребята, – поздоровался с ними Копылов, как можно более приветливо, приблизившись на безопасное расстояние. Холодные пальцы Дениса, нервно поглаживали в кармане штанин взведенный в боевое положение, небольшой травмат, – давно сидите тут?
– С перестройки, – мрачно пошутил молодой человек, одетый в рабочий, серый и неопрятный костюм, – тебе то что?
– Да человека одного ищу. Воронцова не знаете?
– Дениса то? – молодой человек встал в полный рост, поразив Копылова шириной костлявых плеч, – давно не видел. Слышал он переехал в Братск. Вы-то сами, откуда будете? – не смотря на вежливость вопрос, имел сугубо практическое значение. Молодой человек явно хотел прощупать связи Дениса.
– Тоже с Братска. Раньше здесь жил.
– Димана знаешь? Лысым кличут. Живет в районе телебашни.
– Нет, – Копылов медленно отступил на шаг, избирая дистанцию для стрельбы, полностью уверенный, что незнание «Лысого» это неизменный повод для драки.
– Плохо… – неожиданно спокойно согласился молодой человек, вяло опускаясь на корточки, – друг он мой… давно не видел. Очень давно. Привет хотел передать. Совсем забыл про меня.
В глазах незнакомца при этом, на мгновение, промелькнула такая грусть и тоска, что Копылову невольно стало жаль парня.
– Опять он, – презрительно сплюнул себе под ноги, друг плечистого мужчины, кивая за спину Дениса.
Неторопливой походкой, степенно оглаживая длинную, седую бороду, достигающую живота, на площади показался монарх, принадлежность к церковному сану которого выдавала разве что специфический, черный головной убор, с православным крестом в середине. Из-под угловатой шапки вырывались на свет и развевались на ветру длинные, давно не мытые пряди белых волос.
В остальном он был одет точно так же, как и местные аборигены, предпочитая пошарпанный, видавший виды, спортивный костюм длиннополой рясе священнослужителя.
Возраст этого странного попа был размыт из-за неопрятности, но судя по легкому шарканью старых кроссовок, плавно приближался к шестому десятку лет.
Высматривая что-то внимательно между лавочек площади, священнослужитель не обращал ровным счётом никакого внимания на людей, восседавших неподалеку.
Он увлеченно бормотал себе под нос еле слышные слова молитвы, и было видно, как сильно седобородый мужчина обрадовался обычной жестяной банке из-под чая, оброненной здесь кем-то из нерадивых, местных жителей.
– Иди отсюда, сволота! – грубо, нагло, излишне злобно выкрикнул плечистый мужчина, и вся компания взвилась на ноги, неожиданным движением испугав Дениса – нечего здесь делать тебе, святоша!
Сказать, что Копылов был удивлен подобной редакцией местной публики на личность священника – это ровным счётом не сказать ничего.
– Осади ка парень, – он медленно повернулся к злобному мужчине, как всегда испытывая острую, духовную потребность устранить несправедливость на свете. Как ни крути, Копылов ни разу не проехал мимо опасности, просьбы о помощи или несправедливой драки, – что он тебе сделал, что бы ты тут так расхорохорился?
– Тебе какое дело? – просканировав Дениса взглядом, мужчина уловил присутствие опасного предмета в кармане последнего, – что тебя вообще сюда принесло? Не приехал бы, жил бы спокойно…
– А кто мне, собственно, помешает спокойно жить, – Копылов отступил на шаг назад, расширяя дистанцию для возможной стрельбы, – не вы ли, забулдыги местные?
Не обращая ни малейшего внимания на ссору, поп вошел в пространство между конфликтующими сторонами, внимательно смотря себе под ноги в поисках полезных предметов.
Чуть ли не зашипев на святого, компания отпрянула в сторону, стягиваясь в единый клубок тел возле темного провала входа, ведущего внутрь ДК.
– Да что за хрень тут твориться! – взбеленился Денис и попытался коснуться попа, чтобы привлечь его внимание к своей персоне.
– Изыди! Именем господа Бога, прочь поганый бес! – поп отстранился, устремив на Дениса ясный взор голубых, больших глаз и смешно сморщив от натуги большой нос, с горбинкой в середине, – прочь окаянный!
