Чертовски неправильный парень полностью

Немного меньше зрительного контакта, большое спасибо.

– Она будет клубничный кекс, – заявил я, уверенный в своем выборе. Это было ее любимое лакомство в детстве.

Она выгнула бровь – в глазах читалось искреннее удивление.

– А что, если я хочу что-то другое?

Игривая улыбка тронула уголки моих губ.

– Ну, ты можешь есть все, что хочешь… но у меня просто хорошее предчувствие по поводу клубничного кекса.

Сейчас самое время рассказать ей, кто я на самом деле. Не знаю, почему я еще этого не сделал.

Может быть, это был бы простой способ вернуть ее.

Но если честно, я ничего не сказал, потому что боюсь, что она забыла обо мне.

Что восемь месяцев, проведенные в детском доме, навсегда исчезли из ее памяти.

Тогда как в моей голове они застряли навсегда.

Пока что я наслаждался нашим воссоединением, и делал все, чтобы она влюбилась в сегодняшнего Ари.

– Вообще-то я правда хочу клубничный кекс, – наконец прошептала она и нахмурилась, когда сотрудница начала упаковывать его в коробку. – Раньше он был моим любимым… Я не ела его с тех пор, как… – ее слова оборвались.

– С каких пор?

Она улыбнулась, но на этот раз в ее улыбке читалась тоска и грусть.

– С тех пор, как я была маленькой девочкой.

Я не стал больше на нее давить и заказал то же самое, – на случай, если Блэйк захочет еще, после того как она доест свое, – мы вернулись в машину.

Она снова погрузилась в свои мысли, пока мы не подъехали к въезду в район, где я снимал дом. Аренда стоила как почка, но из-за того, что у меня был контракт с командой на год, я не хотел вкладывать деньги в недвижимость. Она будет бесполезна, когда мы вернемся в Даллас в следующем году.

Акцент, конечно, на «мы».

Я был уверен, что смогу убедить Блэйк рассказом о преимуществах жизни в Далласе, которых было… На самом деле в жизни в Далласе были одни плюсы.

– Великолепно. Это твой дом? – спросила она с ноткой нервозности в голосе. Я не понимал, из-за чего Блэйк переживала, потому что выяснил из досье, что ее приемные родители были очень богаты, как родители в фильме «Богатенький Ричи». Она должна была привыкнуть к роскоши.

– Да, дом, милый дом. Не волнуйся, я не буду брать с тебя плату за вход, – хохотнул я, подмигнув.

Она прикусила губу и, наконец, немного расслабилась. Я припарковался на дорожке у дома. Блэйк даже улыбнулась, когда мы вышли из машины.

Я повел ее вверх по ступенькам и потом к парадной двери. На входе я снял обувь. Молчание продолжалось, пока мы шли по фойе.

Я сделал мысленную пометку о том, что нужно познакомить ее с моей домработницей, мисс Карли, которая была со мной с тех пор, как я подписал контракт хоккейного новичка. Она – моя семья, поэтому я взял ее с собой в Калифорнию. Мисс Карли жила в гостевом доме на заднем дворе.

Даже после стольких лет богатой жизни… Все еще было странно осознавать, что у меня есть домработница и чертов гостевой дом.

Детская версия Ари назвала бы взрослого Ари пафосным мудаком. И была бы отчасти права.

Но мисс Карли готовила самую вкусную еду во всем мире, и я был бы настоящим идиотом, если бы упустил ее.

Блэйк с любопытством смотрела по сторонам – я потер затылок, пытаясь понять, каким она видит мой дом через призму своего восприятия. Думаю, ей он показался не слишком обжитым и уютным. У меня не было нигде ни фотографий, ни простых безделушек.

Не мог же я сказать ей, что на самом деле не хотел обживать и декорировать этот дом до момента, пока она ко мне не переедет.

Я поймал взгляд Блэйк, который был прикован к кусочку кожи, выглядывающему из-под моей задравшейся рубашки.

Она выглядела определенно изголодавшейся по мужскому телу.

О, тебе это нравится, солнышко? У меня есть еще кубики, которые я могу предоставить тебе для разглядывания.

Блэйк заметила, что я поймал ее пристальный взгляд, покраснела и быстро отвернулась.

– Не волнуйся, подружка. Можешь смотреть сколько хочешь. Это часть моей дружеской программы, – сказал я и, взяв ее за руку, повел в гостиную, мою любимую часть дома.

Блэйк просто вздохнула и прикрыла лицо свободной рукой.

– Все в порядке. Знаю, я соблазнительный.

– Соблазнительный, – фыркнула она.

Я хотел сказать, что могу соблазнить ее, но сдержался. Придется напомнить Линкольну, насколько свят я был.

СНОВА.

Мой телефон завибрировал как раз тогда, когда Блэйк отошла, чтобы полюбоваться видом из панорамных окон, которые тянулись вдоль гостиной. Я схватил мобильник и увидел, что это Линкольн. Легок на помине.

Линкольн:

Как продвигается операция «Блэйк»?

Я взглянул туда, где стояла Блэйк. Она смотрела на улицу, задумчиво положив палец на нижнюю губу.

Я:

Ну… в процессе.

Линкольн:

Так хорошо, да?

Я:

…

Линкольн:

Дай знать, если понадобятся наручники.

Я: