– Я знаю, как приготовить только одно блюдо. Но все нормально, потому что это лучшая еда в мире, так что я уверен, тебе понравится, – сказал он, гордо указывая на островок. – Пришло время тако, детка.
Я хихикнула, и его лицо просияло, как будто этот звук сделал мужчину счастливым.
Ари поставил тарелку для меня, объяснив, как правильно приготовить идеальное тако, а затем мы подошли к кухонному столу, чтобы поесть. Я собиралась сесть на стул, но Ари неожиданно скользнул на него и притянул к себе на колени, поставив тарелку перед нами.
– Мой дом. Мои правила. И правила гласят, что мы
Я прикусила губу, а затем поняла, что прижимаюсь к нему. Я жаждала такой близости. Отчаянно нуждалась в ней. И вообще не собиралась спорить по этому поводу.
– Хорошая девочка, – пробормотал он, и я растаяла, запоздало осознав, на чем именно мне приходилось сидеть. Незабываемый момент – сидеть на его эрегированном члене и одновременно есть тако.
Он промурлыкал что-то мне в волосы, прежде чем схватить тако со стейком со своей тарелки и откусить большой кусок. Стон восторга Ари был… эротичным. Он
Ари удовлетворенно жевал, рассказывая о любимом заведении в Далласе, где готовили тако, в котором Линкольн недавно предал его, когда отвел туда Монро.
На данный момент я была вполне уверена в трех любимых вещах Ари: хоккей, Линкольн и тако. Я внесла поправку – в четырех вещах. Начинала подозревать, что тоже была одной из его любимых вещей.
Разговор протекал легко, словно мы знали друг друга всю жизнь.
Напряжение, которое висело в воздухе ранее, трансформировалось во что-то более интимное, – в связь, которая выходила за рамки слов.
Я умирал. Буквально. Не уверен, находился ли в раю… или в аду.
У меня была самая сильная эрекция за всю жизнь, и Блэйк продолжала давить на нее. И я ел тако.
Чееееерт возьми.
И с ней было так легко разговаривать. Она была расслаблена и открыта. И это все было ужасно мило.
Я доел последний кусочек ужина, мысленно поздравляя себя с тем, что сегодня вечером получилось идеальное «тако Карне Асада». Я очень хотел съесть еще, но были планы… большие планы… и я не хотел быть слишком сытым для них.
Блэйк повернулась и улыбнулась мне, и все остальные мысли, к счастью, исчезли.
Я хотел ее. Хотел так сильно, что, честно говоря, казалось, что я, черт возьми, умру, если не поимею ее. Прямо сейчас.
– Что-то не так? – спросила она, невинно склонив голову набок. Секунду я пристально смотрел на нее, пытаясь обрести хоть какой-то самоконтроль.
Но, увы… от самоконтроля ничего не осталось.
Я подхватил ее на руки, наслаждаясь тихим писком удивления, и направился в спальню. С того момента, как переехал сюда, я мечтал о ней в своей постели, получающей оргазмы по нескольку раз в день.
И мечтал о том, чтобы эти мечты стали реальностью.
Я бросил ее на кровать, и Блэйк вытянулась, как томная кошка. Лежала в моей одежде. Черт, самая сексуальная вещь, которую я когда-либо видел… которую тут же перебьет сцена, что случится буквально через секунду, – когда я раздену ее догола.
Я встал на колени на кровати и подполз к ней, фиалковые глаза расширились в предвкушении.
Внезапно меня переполнило чувство благодарности. Этого было достаточно, чтобы я упал вперед и просто положил голову ей на живот. Я действительно нашел ее. Все эти годы я чувствовал себя таким одиноким, словно потерял единственного человека, который был мне дорог.
И я нашел ее.
– Ари, – тихо сказала она, руки скользнули по моим волосам.
Я прижался к ней, пальцы обвели кожу, выглянувшую из-под задравшейся рубашки. Я взглянул ей в лицо и, черт возьми, стал свидетелем истинного совершенства. Никогда не устану смотреть на нее. Уверен в этом. Никогда.
В этот момент я вспомнил, как близко был к ее сладкому местечку, и пообещал себе, что буду лизать ее… входить в нее… каждый день до конца наших жизней.
Или, даже если этого не говорил… Я определенно имел это в виду.
Я определенно должен сдержать эти обещания. Потому что исполнять их было очень и очень приятно.
Я приподнялся и раздвинул ее ноги, чтобы получить то, что хотел. Она смотрела, как мои пальцы медленно стягивают спортивные штаны с ног. Руки слегка дрожали. Прошлой ночью, при тусклом освещении, мне не удалось увидеть всего, что хотел.
Я собирался все это сделать сегодня вечером – внутри было чувство, будто я получил самый ценный подарок. И вдруг испугался, что все испорчу.
Никогда ее не отпущу от себя. Несмотря ни на что. Приклею себя к ней, если придется.
Я зарычал, когда в поле зрения появилась самая совершенная киска на планете, вся розовая, пухленькая… и влажная.
– Посмотри, какая ты хорошенькая, солнышко, – промурлыкал я, и Блэйк покраснела. Я задрал ее футболку, обнажив грудь без лифчика… потому что хотел посмотреть, покраснеет ли она везде, когда вот так возбудится.
И, конечно же… ответ был утвердительным.
Эти пухлые, чертовски аппетитные груди действительно покрылись розовым румянцем.
Я хлопнул себя по лицу, и она удивленно хихикнула.
