Волк раздувал ноздри, втягивая человеческий запах пота. Чувствовал он там страх? Нет! Он и не искал там ничего. Мои переживания ушли прочь. Я больше не боялся. Теперь я всё контролирую. Волк ощущает моё спокойствие. Ощущает спокойствие Бориса. Животному ничто не угрожает. Разум больше не разрывался перед чужим выбором, диктуемым извне. Наша связь равнозначна. Я не требую от животного суицидального героизма. Лишь спокойствие.
Волк опускает морду. Почти касается кончиком носа потного мужского лба. Нюхает. И лижет, проводя шершавым языком по щетинистым щекам Бориса, по его подбородку, по его лбу.
— Не-е-е-е-е-е-т! — завопил Борис, уводя морду волка в сторону. — Фу!
Вокруг меня все громко засмеялись. Я растянулся в улыбке. Успокоился. И тоже засмеялся.
Со всеми этими щенячьими нежностями, я совсем забыл про Пича. Пёсик убежал? Или мертв? Связи никакой. Да и почувствовать её как раньше теперь не представлялась возможность. Теперь мой разум занят тремя созданиями. Тремя огромными волками, забирающих всю мою концентрацию.
Как же сложно сосредоточиться. Я как второклассник на уроке русского. Там Илюха зовёт, там Димка что-то мне показывает, а Вован сидит рисует, да так красиво, хоть выставляй на всеобщее обозрение! Волки ведут себя послушно, но для полного контроля не хватает третьей руки с поводком.
А если их станет больше? Если придётся под контроль брать целую стаю? А если альфу? Выдержу я? Не разлетится мой разум на лоскуты?
А если…
А если…
А если…
Все эти выматывающие вопросы можно смело задвинуть в тёмный ящик, но один вопрос там не поместиться. Вопрос острый, обжигающий! Обжигает меня, каждый раз, когда он собирается в слова из кусочков мыслей, словно слова из макаронин в виде букв в горячем супе. Утрачу связь — и всё? Волки кинутся на нас? Убьют? Или убегут прочь, почувствовав свободный ветер в своих головах? Новый факт о волках — их сущность в разы агрессивнее собачей. Я уверен, что разорви я связь с Пичем, и он даже не рыкнет в нашу сторону. А вот волки — это другое.
Мою спину пилили мужские взгляды, но самого главного они не видели. Они не видели моего взгляда. Растерянного, пребывающего в глубоких раздумьях. Их видел только Борис. Он смотрел на меня и всё понимал. Ничего от него не утаить. Он не стал мучать меня расспросами, не стал докапываться до истины, ему хватало того, что я мог управиться с Пичем.
— Идём дальше, — командует он, громко, чтобы услышали все.
Новость так себе.
Зачем? Я так и спрашиваю у него:
— Зачем? Ты получил трёх волков, тебе мало?
Борис кидает резкий взгляд на сидящих возле меня трёх волков. Они успели подойти ко мне, усесться. Они ждали дальнейшей команды.
— Эти ручные щенки нам погоды не сделают, — говорит Борис. — Инга, ты не понимаешь?
— Я всё понимаю, но я боюсь, что взять под контроль еще больше у меня не получится…
— Нет! — он подходит ко мне. — Ты не понимаешь!
Борис встаёт возле меня. Вглядывается в мои глаза и как-то по-отцовски кладёт руку мне на плечо. Он спокоен. Полон решимости. Изломанное временем и боями лицо излучает уверенность, а глаза — извращённую заботу. Возьмись он кормить меня — не остановиться, пока я не лопну. Будет поить водой, пока я не захлебнусь. Он смотрит мне в глаза и говорит:
— Если мы сейчас развернёмся и уйдём домой — ничего не поменяется. Ферму продолжат атаковать. Да и над «Труперсами» эти три серых волчка нам не дадут никакого преимущества.
— Борис, ты не понимаешь… Моё сознание разорвётся, если я попробую сдержать больше животных!
— Сможешь!
— Я даже не знаю, смогу ли я подчинить себе Пича, если мы найдём его живым.
— Инга, ты всё сможешь!
— Борис, я же говорю тебе, я с этими с трудом справляюсь…
— Тебе не нужно всех держать под контролем.
Здорово! И чего я парюсь, сейчас возьму и освобожу всех, распущу нашу банду и пойдём лесом гулять. Я уже хотел вразумить Бориса, но увидев мои ошалевшие глаза, он меня опередил.
— Тебе нужно овладеть только одним. Понимаешь меня?
Я ничего не понимаю.
Борис говорит:
— Ты должна овладеть вожаком. И вот когда ты это сделаешь — вся стая, все волки станут нашими. Он — вожак, альфа, главный волк — он будет ими управлять.
Безумие!
— Мы идём дальше, — говорит Борис, продолжая крепко сжимать мои плечи. — Наша цель — вожак. Пойми…
Он принялся трясти меня, заглядывать в глаза. Но там — пусто. Различные мысли, множество сценариев, от хороших до плохих хлынули бурным потоком в мой мозг. Словно ледяной водопад со всей силой ударил по спине, усадив тело на колени. Нужно выбраться… выползти, перекатится.
— Инга! — тряска меня отрезвила. — Да пойми же ты! Мы не справимся с «Труперсами»! Еще пару набегов — и мы падём! Нам нужен один точный удар. Одна хорошая попытка! Но подходящего оружия у нас нет. Мы только и можем, что обороняться. Каждый раз тратить человеческий ресурс, который очень сложно восполнить.
Один удар.
Мы идём ва-банк.
Всё или ничего.
Вы когда-нибудь чувствовали себя козырем, который обязан решить исход партии? Ага, вот и я никогда. Но всё бывает в первый раз. Живём один раз, надо всё попробовать! В путь.
