— Янбань цян! — выкрикнула в ответ группа. Коди негромко присоединился к остальным. Его произношение было неважным. За всё время, проведённое в группе, он не сумел постичь даже основ их языка. За неправильное произношение наказывали. Не при помощи выговоров, более тонким способом. Они начинали говорить с ним даже ещё меньше, чем сейчас, и он получал меньше еды. Иногда это длилось несколько часов, иногда несколько дней. Подобная перспектива беспокоила его, но ещё больше пугала степень этого беспокойства.
Столь маленькая и по большому счёту незначительная вещь не должна была для него ничего значить, однако сейчас значила.
Разряд молнии, и здание рухнуло. Прямо перед ними. Пламя и дым преградили им путь.
— Шэньтоу! — приказал Три, его голос почти потонул в шуме оседающего здания. Они продолжили идти вперёд, не замедляясь.
Передовая группа ударила в преграду локализованным вакуумом. По отдельности они были слабы, но в результате действия сил двенадцати человек огонь был потушен, разряжение вздымало мелкие предметы в воздух.
Коди присоединился к действиям центральной группы, помогая прокладывать путь сквозь обломки. Путь тридцать один. Режущие лазеры. Первая группа несколько замедлилась, и Коди притормозил полёт, чтобы не нарушить строй.
Двенадцать членов Янбань лишь ускорились, пролетая над впередистоящими. Пространство вокруг исказилось, когда они затвердели, сделали себя неуязвимыми, хотя это также лишило их возможности делать что-то ещё, кроме как продолжать полёт по прямой. Настоящие человеческие пули. Они прорвались сквозь обломки, расчищая проход для остальных.
Он чувствовал возбуждение только от того, что был частью подразделения. Быть одним из тех, кто с подобной лёгкостью прошёл сквозь горящие руины здания…
Он знал, что часть этого возбуждения была обусловлена вторым путём. Умножение суперсил. Два не присутствовала, она была слишком ценной, чтобы рисковать её потерей, но они всё равно получили её силу. Каждый из них обладал толикой её способности умножать силы тех, кто рядом. Вот почему они были настолько эффективными вместе, способность увеличивать силы действовала сама на себя.
Его сознание заполняли чужие мысли и чувства, в которые он даже не пытался вникнуть. Путь тридцать два, который улучшал его восприятие, в особенности осведомлённость об окружающих людях и угрозе, которую они представляли. Кроме того, улучшенные рефлексы против тех людей, которые хотели ему навредить. Это было бесполезно против Бегемота, тем не менее, он знал об остальных членах Янбань, чувствовал их дыхание и ощущал шум, производимый их движением.
Таким образом, группа поглотила его, сделала частью чего-то невероятного. Сейчас, посреди происходящего, чувство одиночества и изоляции ушло. Отпала необходимость понимать язык, разве что команды из одного-двух слов, обозначающие конкретный манёвр или направление движения.
Промчавшись вниз по улице, они вернулись к установленному порядку. Поскольку каждый член группы обладал доступом к одному и тому же набору сил, размещение в строю определялось исключительно опытом и ценностью. Сила Коди нужна была в обороне, его потеря была бы ощутимым ударом, поэтому его место было в глубине строя, посреди людей, которые могли защитить его.
Грохот возвестил об обрушении ещё более высоких зданий, когда Бегемот продолжил свой марш где-то в полукилометре позади них.
Жара угнетала. Несмотря на то, что они удалялись от чудовища, пожары, казалось, становились сильнее. Хуже всего был дым, мешающий им отслеживать врага. Из-за него они могли видеть не далее, чем на тридцать метров вокруг, и у них не было ни малейшего понятия, придут ли они прямиком к чудовищу или окажутся окружены горящими зданиями. Для полёта требовалась твёрдая поверхность в непосредственной близости. Они парили в двух-трёх метрах над землёй на скорости восемьдесят-сто километров в час. У них был и другой способ летать, но менее управляемый, с его помощью было легко взлететь слишком высоко и стать отличной целью для молнии.
Был ли Бегемот умнее, чем казалось со стороны? Сеял ли он разрушения так, чтобы они потом продолжали распространяться? Действительно ли пожары начинались в местах плотного скопления зданий?
Коди почувствовал, как припекает кожу. Маска отфильтровывала дым, но жар становился невыносим.
— Чжаньвэнь, — сказала Десять.
— Чжаньвэнь, — команда поддержала её, голоса звучали решительно. Это было выражение согласия и поддержки. Коди не знал, что значит этот приказ. Он не мог сказать, сколько пробыл с ними, но, казалось, прошли годы, а он со своего первого дня нисколько не приблизился к пониманию языка. Поначалу ему немного помогали, но это продолжалось недолго.
Все члены команды могли в любое время говорить, но практически каждое высказывание могло быть отвергнуто группой как целым. Если, подобно Десяти, кто-то говорил, а другие приходили к общему мнению, что фраза допустима, то ответ был чётким. Если же заявление сделали не вовремя или оно не соответствовало образу мышления группы, то его игнорировали, сопровождая лишь давящей тишиной.
