Ярость всё ещё не угасла. То место в его жизни, которое раньше занимал его младший брат, стало зияющей дырой, и рана была ещё слишком свежей.
— Может, хватит уже задавать вопросы? — сказал ей Камыш.
— Ну уж нет!
Камыш вздохнул.
— У всех есть свои скелеты в шкафу, — сказал Герой. — Иногда в прошлом, иногда в настоящем, а иногда это страхи будущего. Но сегодня мы начинаем с чистого листа, понятно? Я обычно предельно мягок, поверите вы мне или нет, но я буду очень недоволен, если услышу, что кто-то использует подобные вещи против товарища по команде, или же если вы будете позволять их использовать против себя. Ясно? Это второй шанс для каждого. Вы здесь, чтобы поддерживать друг друга.
Шевалье, Камыш и мышиная девочка молча кивнули.
— Хорошо. Теперь давайте, ешьте торт, пейте лимонад, веселитесь. А когда вечеринка закончится, взрослые уйдут, и вы, дети, будете предоставлены сами себе, то не забудьте проверить пустую, незакреплённую ни за кем комнату. Я припас для вас кучу видеоигр и фильмов.
— Да ну, — сказал Камыш, возможно, впервые искренне улыбаясь.
— Ну да, — сказал Герой, улыбаясь в ответ, — но мы ведь не скажем начальству, идёт? Это типа секрет. Вы же не выдадите его, начав халявить на учёбе и тренировках, а?
Улыбка Камыша несколько погасла, но он всё равно кивнул.
— Двигайте, — Герой всё ещё улыбался. — И не заставляйте за вас краснеть.
Камыш поспешно вернулся к своему стулу, как будто это могло приблизить окончание вечеринки и скорый доступ к сокровищам, про которые сказал Герой.
Не произнося ни слова, Шевалье взял тарелки и напитки и направился к Ханне. Он передал ей тарелку и стакан. Она улыбнулась, но не поблагодарила его.
— Тост, — сказала Александрия, шагнув вперёд. — За первую команду Стражей в Америке.
— За второй шанс, — сказал Герой.
— За светлое будущее, — добавил Эйдолон.
— И за будущие хорошие воспоминания, — закончил Легенда.
— Воспоминания, — пробормотала Ханна себе под нос, практически неслышимая за веселыми голосами и аплодисментами. Она смотрела на мачете, лежащее поперёк её колен, бумажная тарелка с кусочком торта стояла на плоском лезвии.
Шевалье не ответил. Он смотрел на едва заметные фантомные изображения.
* * *
На экране был открыт список. Шевалье с мрачным выражением проматывал его.
Месторождение Марун, 13 декабря 1992. Бегемот.
Сан-Паулу, 6 июля 1993. Бегемот.
Нью-Йорк, 26 марта 1994. Бегемот.
Джакарта, 1 ноября 1994. Бегемот.
Москва, 18 июня 1995. Бегемот.
Йоханнесбург, 3 января 1996. Бегемот.
Осло, 9 июня 1996. Левиафан.
Кёльн, 6 ноября 1996. Бегемот.
Пусан, 23 апреля 1997. Левиафан.
Буэнос-Айрес, 30 сентября 1997. Бегемот.
Сидней, 18 января 1998. Левиафан.
Цзиньчжоу, 3 июля 1998. Бегемот.
Мадрид, 25 декабря 1998. Левиафан.
Анкара, 21 июля 1999. Бегемот.
Кюсю, 2 ноября 1999. Левиафан.
Лион, 10 апреля 2000. Бегемот.
Неаполь, 16 сентября 2000. Левиафан.
Вандерхуф, 25 февраля 2001. Бегемот.
Хайдарабад, 6 июля 2001. Левиафан.
Лагос, 6 декабря 2001. Бегемот.
Шанхай, 23 апреля 2002. Левиафан.
Богота, 20 августа 2002. Бегемот.
Лозанна, 30 декабря 2002. Симург.
Сиэтл, 1 апреля 2003. Левиафан.
Лондон, 12 августа 2003. Симург.
Лион, 3 октября 2003. Бегемот.
— Стоп, — приказал Шевалье. Искусственный интеллект перестал проматывать список. Ползунок не достиг ещё и половины.
«Воистину светлое будущее».
Он потёр глаза, внезапно ощутив огромную усталость. Ничто не работало так, как положено. Программа Стражей должна была послужить безопасной гаванью для юных кейпов, дав им время на подготовку, на тренировки, и на то, чтобы выяснить всё, что им нужно. Но, в какой-то момент Стражи присоединились к борьбе. Местные, конечно же, захотели защищать свои дома.
Поскольку ряды взрослых кейпов редели, в сражениях участвовало всё больше Стражей. То ли они бессознательно понимали необходимость, то ли испытывали лёгкое принуждение к этому, неважно, вот так запросто, идеи и идеалы, которые легли в основу первой команды Стражей, были подточены и в итоге развалились.
Он провёл перед собой рукой, и корабль распознал его жест. Изображение на мониторах сменилось. Теперь оба экрана с обеих сторон показывали атаку Бегемота на город. Он пока ещё не продвинулся слишком далеко от места появления.
Шевалье лишь изредка посматривал на экраны, его больше интересовала инфраструктура и ресурсы, которые были в его распоряжении.
Команда Сан-Диего отсутствует. Слишком многие из них потеряли веру в Протекторат, оставшиеся были отправлены на усиление других команд. В Сан-Диего было более-менее спокойно, так что не будет слишком уж сложно пополнить их новыми членами.
Вот только Шпиль, лидер команды Сан-Диего, не почувствовал уверенности перед боем. Здесь сыграл человеческий фактор. Страхи, беспокойства. В последний момент он струсил и не пришёл. Целый пласт их защиты исчез. Планы придётся пересматривать.
Слишком много было подобных инцидентов. Мелочей. Он слышал множество жалоб по поводу того, как Протекторат организует оборону, насколько они дезорганизованы, неэффективны.
