Зрительно, наиболее заметным качеством внешности мальчика был окружающий его эффект. Он был монохромным — только серый, белый и чёрный, вокруг него вспыхивали пятнышки света и тьмы. Время от времени он мерцал, его на мгновение перекрывало призрачное изображение его самого, смотрящего в другую сторону.
Даже по меркам парачеловеческих сил, его сила была настолько нечестной, насколько это вообще было возможно.
— Джек, — произнёс Серый Мальчик. Его голос был высоким и чистым, словно звон колокольчика.
— Николас.
Джек протянул руку и Николас пожал её.
Райли почувствовала, как сжалось сердце.
От Серого Мальчика спокойно можно было ожидать, что он возьмётся за кого-нибудь в комнате просто потому, что он мог. Джек хотел получить только одного и негласное понимание состояло в том, что он хотел одного, потому что только одного он и мог контролировать.
Если он не возьмётся за Джека, тогда… она была единственной в этой комнате кроме него, кто не был окружён клонами.
Он приблизился к ней с безмятежным выражением лица.
На краткое мгновение её охватил страх.
Возможно, спасло её только то, что страх был погребён под выражением лица, которое поместила на него система. Фальшивая улыбка расползалась по лицу и подтолкнула её, заставила вскочить с кресла и подойти ближе. Она нагнулась к нему положила руки на плечи и, приподняв одну ногу назад, как она видела в старых фильмах, поцеловала в щёчку.
— Братишка, — пробормотала она.
— Ампутация, — произнёс он имя, которое она в него не вкладывала. Он нашёл его и он его запомнил. Она почувствовала холодок. — Я думаю, мы будем неразлучны.
— Неразлучны, — отозвалась она, фальшиво улыбаясь.
Потихоньку подходили те, кто созревал в более дальних задних рядах. Она смотрела, как Джек оглядывает их всех. Всего двести семьдесят пять. Двести семьдесят обычных и пять специальных экземпляров: Снеговик, Баюшка, Смехорылый, Тиран и Изверг.
Придумывание имён никогда не было её сильной стороной.
«Я дала тебе всё, что тебе было нужно, — подумала она. — Теперь посмотрим, кто вырвется вперёд. Добейся успеха, и Ампутация будет впереди. Потерпи поражение, и победит Райли».
Она хотела, чтобы верх одержала Райли, но это было сложнее, чем просто принять решение. Ей придётся похоронить свою прошлую жизнь с Девяткой. Похоронить Джека, увидеть его поражение.
Серый Мальчик сжал её руку. Она бы вздрогнула, если бы язык её тела не находился под контролем системы. Она посмотрела на него, и он подмигнул.
Её лицо не дрогнуло, она не позволила себе выдать ни единой зацепки, но каким-то образом он попадал в ту же категорию, что и Джек.
Он знал.
Осматривая собравшуюся толпу, Джек, похоже, пришёл к какому-то заключению. Он взглянул на неё так же, как Серый Мальчик.
— Хорошо, — сказал он.
Одна из собак Рейчел зарычала — громкий, протяжный звук, чужеродный, неуверенный.
Она шикнула на неё и успокаивающе положила ладонь ей на голову.
— Фу, — пробормотала Морока. — Этот запах…
Запах. Летняя жара, вонь крови, дерьма и вздувшихся трупов, с примесью чего-то ещё. Едких химикатов, озона, дыма, горящей плоти и пластмассы.
Знакомые «ароматы». Не то чтобы именно с этим сочетанием мне доводилось сталкиваться раньше, но они напоминали о Броктон-Бей после атаки Левиафана.
Я посмотрела на человека, распятого над нашими головами. К зданиям с противоположных сторон улицы от его запястий тянулись цепи, ещё две шли от лодыжек к подножиям тех же зданий. На груди был вырезан номер. Сто семнадцать.
Под ним был знак, который вырвали на границе города и воткнули в капоты двух машин, чтобы тот стоял вертикально.
«Добро пожаловать в Киллингтон. Сердце Зелёных гор».
Они, наверное, думали, что это забавно. «Киллингтон» — «город убийств». Особенно с кровавым отпечатком ладони на слове «сердце».
— Они и детей не пожалели, — прошептала Морока, отводя взгляд от матери, которая умерла с младенцем на руках — их сожгли заживо. Единственные места на их коже, не тронутые огнём — участки в виде цифр. Двести пятьдесят четыре. Двести пятьдесят пять.
Двое Красноруких — Побег и Винтарь — присоединились к нашей вылазке. Они держались поближе к Мороке, формируя небольшой отряд, усиленный Мраком. У Побега был капюшон, выдававшийся вперёд над центром его маски, линии костюма плавные и прямые, будто он пытался сделать его похожим на автомобиль.
Винтарь, в противоположность ему, будто вовсе не носил специальный костюм. Он был одет как сотрудник спецслужб, с прибором ночного видения на глазах и набором линз, светящихся оттенками от голубого до красного. Сейчас у него на глазах были закреплены фиолетовые линзы. Он носил видоизменённое оружие — как я поняла, оно не совсем было винтовкой. Похоже, что оно стреляло какими-то особыми зарядами из баллонов.
«Конечно, детей тоже убили», — подумала я и прикусила язык, чтобы не съязвить в ответ. Почему она здесь, если не была готова к такому?
Но она не боец. Вообще-то ни у кого из них по большему счёту нет боевого опыта. Они — профессиональные воры. Взломать, сбежать, продать награбленное.
