— Я ждала, пока вы проснётесь, чтобы всем вместе поприветствовать их.
— Хорошо, — сказал Джек, — отлично.
Пока он поворачивался и шёл к чулану, прикрывая рукой свой голый зад, она продолжала широко улыбаться, несмотря на то, что в её сердце был холод.
Крюковолк просто выпустил металлические лезвия по всей поверхности тела, образовав гигантскую колючую фигуру. Ей показалось, будто он погрузился в свои мысли, но затем и его голова оказалась скрыта под массой движущихся, рыскающих крючков и игл.
Она жевала хлопья и продолжала смотреть фильм.
В итоге он ей понравился. Илай был прав.
Она улыбнулась, пряча чувство потери, пока удаляла его из системы и подчищала все улики.
Один за другим, размороженные члены Бойни одевались в свои костюмы и присоединялись к ней.
Джек взмахнул рукой и она нажала кнопку на клавиатуре. Свет.
Под каждой из стеклянных камер зажглись лампы.
Слив.
Жидкость хлынула наружу и скрылась в отверстиях в полу. Смутные фигуры стали различимы, теперь их заслоняли только потёки жидкости на внутренних сторонах стеклянных стенок.
— Своих ты не сделала, — заметил Джек.
— Не сработало.
— Ясно, — сказал он.
Каждая фраза их диалога звучала как очередной гвоздь в крышку гроба.
Но сегодня или даже завтра об этом не стоило беспокоиться.
Пока что она была нужна Джеку. Пока что у неё были варианты.
Она широко улыбнулась, с радостью, которой не чувствовала.
Это у женщины в костюме были варианты. Она придёт к Райли и потребует пульт.
Бесчисленные враги будут копить свои силы, готовые разобраться с ними.
Илай получил письмо. Он обнаружит внутри билет на самолёт вместе с убедительным требованием покинуть это место и не возвращаться. Чтобы донести до него всю серьёзность, она раскрыла своё имя.
И всё равно Райли испытывала определённые сомнения.
Некоторые поднимались с колен. Другие, после того, как жидкость покинула их капсулы, сумели сохранить вертикальное положение. По мере того, как они пробуждались, одна за другой проявлялись силы.
Возле Мантонов возникли Сибири. Шесть похожих на его дочь, трое напоминающих его самого, все чёрно-белые.
Хохотуны. Высокие и толстые. Их руки были изломаны — её собственное дополнение. Тридцать один локоть, когда они шли, руки тянулись за ними по полу. То один, то другой локоть судорожно сгибался. Их клоунский грим состоял из вытатуированных шрамов. Один из них на пробу активировал суперскорость и мгновенно пересёк помещение.
В каком-то смысле это вызывало чувство ностальгии. Хохотун уже состоял в группе, когда присоединилась она.
Крыса-Убийца. Не сшитая вместе с помощью швов, как оригинал. Ампутация уделила время тому, чтобы сделать всё как следует. Закончив со всеми обычными членами группы, она создала Крысу-Убийцу как довесок к Бойне номер Девять. Та прошла испытания, но из-за деградации умственных и физических способностей со временем была понижена в статусе.
Зима. Белые волосы, белые радужки с чёрным краешком, обнажена, рыскающий взгляд. Взгляд Мелани, подумала Райли. Конечно, клонам Зимы потребуется оружие.
Алый, недолго задержавшийся в живых возлюбленный Зимы. Райли не пожалела времени, чтобы запрограммировать в них чувства друг к другу. Алый был одним из первых членов группы, а Зима умерла одной из последних. Зиму сменил Топорылый — вот и он стоял невдалеке, точнее, девять из них. Его самого сменила Душечка.
Девять Душечек, сгрудились в кучку. Она забыла нанести им татуировки. Неважно. Судя по их виду, они обсуждали способы, какими могли привести в порядок волосы.
Улыбка на её собственном лице была так широка, что это доставляло боль, впрочем улыбалась она не сама.
Король, высокий блондин, нисколько не стесняющийся своей наготы. Все девять Королей были широки в плечах, все на полметра выше Джека.
Их взаимодействие, должно быть, будет интересно. Она задумывалась, не запрограммировать ли в них знание о том, что Короля убил Джек, но затем передумала.
А были ещё и другие. Некоторых было труднее узнать. Девять Аланов Граммов, которым недоставало их брони. Девять Недов, с узкими плечами и среднего роста. Когда остальные нанесут ему некоторый урон и дадут ему возможность регенерировать, тогда он станет больше напоминать себя прежнего. Он станет Краулером.
— А что последний? — указал Джек на оставшуюся камеру.
Она нажала на кнопку и на мгновение утратила контроль за выражением лица. Ей пришлось закрыть глаза, и эти несколько секунд, пока из камеры сливалась питательная жидкость, а затем опускалось стекло, показались ей невероятно долгими.
Но никто и не думал смотреть в этот момент на неё.
Без единого намёка на какие-либо затруднения, наружу шагнул мальчик. Он не шатался, как остальные, но сразу обрёл твёрдость походки. На первый взгляд, он оставался ещё подростком, старше десяти, но младше четырнадцати. Волосы были аккуратно разделены пробором и он был одет в школьную форму частного учебного заведения, включая и блестящие чёрные туфли. Одежда осталась сухой.
Даже несмотря на то, что за стеклом он был обнажён.
Впрочем, это была его фишка. По крайней мере, одна из них.
