Она спряталась за своё уже неподвижное создание, и тогда Манекен выбрал в качестве цели Тектона, который пытался разбить голову Топорылому. Времени было в обрез. Приближался ещё один, раненый Топорылый. Если герой не справится за пять секунд, придётся разбираться с двумя сразу.
Тяжёлая пуля угодила Манекену в заднюю часть головы. Лёд вырвался наружу огромной белой сосулькой.
Тектон воспользовался возможностью, чтобы вбить верхнее ребро рукавицы в рот Топорылому, затем активировал копёр.
Получилось.
Всё новые пули поражали Манекена. Образующаяся глыба льда едва не поглотила Тектона, но легко рассыпалась, когда он вырвался на свободу.
Последовали новые выстрелы, но сейчас пули двигались по странным траекториям, они слишком легко теряли высоту и попадали в землю.
У него была другая сила. До этого она была подавлена Топорылым.
«Сила Зимы», — осознала я.
Но силы вернулись и к Грации. Она подхватила оружие Топорылого и взмахнула им — топор едва не застрял в потоке льда, вырвавшемся из раны.
Создания Забияки устремились к керамическому человеку, Тектон поднял вокруг врага земляной вал, чтобы затруднить тому передвижения.
Злодей превратился в боксёрскую грушу.
Тектон повернул голову, и я увидела на камере Шевалье, рядом с которым стояла Фестиваль.
Шевалье снова выстрелил из своего пушкомеча. Один выстрел, чтобы прикончить последнего Топорылого, который пытался подойти, второй — в гибрида Зимы и Манекена. Однако сила злодея лишила выстрел начального импульса.
Стражи начали двигаться медленнее, реагировать с задержкой. Тектон почти не сопротивлялся, когда Манекен схватил его за руку.
И даже не попытался подняться, когда Манекен практически вбил его в землю.
Из ладоней злодея выдвинулись лезвия, Манекен завертелся как волчок.
Шевалье устремился вперёд, и злодей немедленно ретировался — втащил себя с помощью цепи на крышу, где неуклюже перевалился через край.
Выстрелы ему не страшны, и он невероятно опасен на короткой дистанции.
Фестиваль выпустила энергетический сгусток, однако тот, кажется, даже не коснулся гибрида Манекена и Зимы.
Тогда к врагу приблизился Вантон.
Лёд раскалывался, отдельные льдинки отщепляли новые порции льда. Скоро возникла компактная снежная буря, и огромная ледяная глыба, прилипшая к костюму Манекена начала разрушаться.
Появлялся новый лёд, однако он тоже ломался под ударом новых и новых обломков.
Зимний Манекен начал концентрировать свою силу на меньшей площади, шторм начал замедляться, и скоро замер неподвижно.
Шевалье поднял пушкомеч, чтобы выстрелить, но пошатнулся и опустил оружие.
Миазм.
— Атака вслепую, Шевалье! — сказала я. — Фестиваль, пригнись!
Шевалье взмахнул оружием, едва не задев Фестиваль, которая плашмя упала на землю. Пушкомеч задел кого-то, и в клубах густого зелёного дыма появился Миазм.
Злодей перекатился и снова исчез.
В бой вступила Фестиваль, испуская из своего фонаря энергетические шары. Миазм оказался недостаточно проворен, чтобы увернуться от всех. Он и ещё один Миазм рядом с ним были сожжены. В их телах остались отверстия размером с грейпфрут.
Окова, используя металлокинез на костюме Тектона, помогла ему встать. После этого они снарядили Тектона одним из заготовленных заранее снарядов.
Манекена нельзя было поразить быстро летящими предметами или атакой с близкой дистанции.
Значит, они должны сразить его так, как это сделала я когда-то давным давно.
Тектон использовал свои копры как подобие катапульты и выпустил два чашеобразных сгустка металла с натянутым между ним материалом.
Сеть развернулась в воздухе и оплела Манекена. Металлическая проволока и паучий шёлк, сплетённые вместе. Они обмотали застывший лёд и выдвинутые лезвия, зацепились за пальцы и цепи.
Манекен всё ещё пытался сбежать, когда Шевалье медленно подошёл ближе, и взмахнул мечом, словно гильотиной. Одной рукой он держался за шлем. По руке бежала кровь.
Последняя группа, наконец-то. Я наблюдала, как они проверяют раненых. Шевалье пырнули в глаз, но тот уцелел. Грация страдала от мощнейшего удара по голове. Плечевой сустав Оковы был повреждён Манекеном.
Я ненавидела себя за то, что должна была спросить.
— Тектон, — сказала я. — У нас есть план. Возможно, способ достать Джека. Ты поможешь?
— Команда в неважном состоянии.
— Если хочешь остаться, и заняться…
— Нет, — ответил он. — Нет. Просто… возможно ли команде пересидеть остаток боёв?
— Вы все очень хорошо поработали, — сказал Шевалье. — Сделали намного больше, чем должны были. Вы не должны даже спрашивать.
— Если для меня есть работа, я готов идти, — сказал Тектон.
— Есть.
— Я тоже пойду, — сказал Шевалье.
— Вы ранены.
Недолгое молчание, словно для того, чтобы я осознала, что я сказала. Это был тот самый парень, который один на один вступил в единоборство с Бегемотом всего через час после получения тяжелейших ранений при попытке убийства.
— Я пойду, — повторил он.
— Рада, что вы с нами.
* * *
