— Уже нет. Это ещё одно больное место. Шелкопряд так нас гонит, что сил на личную жизнь не осталось. Мы чуть разгрузили её, убедились, что она найдет время для себя, но трещину в их отношениях это уже не исправит.
— Ясно.
Повисло молчание.
— Не спеши подкатывать к ней, — сказал Тектон. — Из вас получится хорошая пара, и мне кажется, вы оба относитесь к такому типу людей, которые смогут нормально общаться даже в случае разрыва. А если будет что-то большее, какие-то ещё последствия… Лучше убеди меня и начальство, что такого не будет.
Тео кивнул.
— Но вернёмся к Шелкопряду. Я не думаю, что с ней всё пойдёт так же хорошо, или будет нормально воспринято другими. Я бы даже рекомендовал тебе пойти на попятный. Если нужно поддерживать режим, я могу организовать график тренировок с другими. Поработать над разносторонним развитием твоей силы.
— Ценю твоё предложение…
— …выслушай меня, — сказал Тектон и поднял перчатку. — Она тебе нравится, возможно, ты даже немного влюблён. Это нормально. Со мной тоже такое было, я тоже влюблялся в девчонок с первого взгляда, всего год назад. И я счастлив, что сумел выбраться целым и невредимым. Если можно так сказать.
Тектон грустно усмехнулся, и Тео понимающе улыбнулся.
— Но наверняка ведь бывают моменты, когда… — продолжал Тектон, — когда тебя не так уж к ней тянет. Ты сам говорил. С ней трудно поладить.
— Да, — сказал Тео.
— Я переживаю, что если вы продолжите эти тренировки, случится размолвка. Вы больше не сможете работать, как одна команда.
Тео кивнул.
— Я понимаю, о чём ты говоришь. Правда. Но…
— Но ты продолжишь этим заниматься. Тренировками.
Тео кивнул.
— Тогда удачи. Мне пора идти в школу.
— Пока, Эверетт. Спасибо за прямоту.
— Пока, Тео. Сегодня в патруль. Ты и… Окова?
Тео улыбнулся и покачал головой.
— Как скажешь.
С этими словами Тектон исчез. Он отправился в свою комнату снимать броню. Его шаги в тяжёлых ботинках были удивительно тихими.
Тео приготовил оставшуюся часть брони и, не надевая маску, быстрым шагом направился в зал.
Шелкопряд была уже в костюме. Рой полукругом окружал её.
— Закончили?
— Ага.
— Всё в порядке?
— Нормально, — он кивнул.
— Я думаю, тебе следует поработать над твоими прыжками с использованием поочерёдного появления рук. Если ты…
— Полный контакт, — выпалил он.
Она замолчала:
— Прости, мне стоило спросить. Кажется ты уже и так знаешь, чем хочешь заняться.
— Знаю, да, — сказал он. — Ты против меня. Реальный бой.
Она кивнула.
— Это как-то связано с твоим разговором с Тектоном?
— Да. Но не так, как ты думаешь.
— Ладно, — ответила она, и насекомые пришли в движение.
Это был сигнал. Тео принял позу, больше подходившую сражению. Руки рядом с панелями.
Она не пыталась спрятаться. Не сторонилась поверхностей пола, стен или потолка. Активировав ранец и направляя полёт максимально низко, она устремилась прямиком к нему.
Он создавал руки, но она реагировала с нечеловеческой скоростью. Недостаток его силы: движения рук выдавали намечающиеся удары. У силы Кайзера не было такого недостатка.
Но дело было не только в этом. Её насекомые устилали все поверхности. Она чувствовала их движения так же, как прикосновения к собственному телу. Как только рука начинала выступать из поверхности, она сразу это замечала.
Осы, пчёлы и тараканы облепили его броню, перекрыли его линзы. Он мотнул головой, чтобы освободить обзор, и увидел, как она пронеслась между его ног, поворачивая корпус, чтобы протиснуться в промежуток.
Он повернулся, и ощутил на своей голове её руку. Рывок лишил его равновесия.
Он посмотрел вверх как раз вовремя, чтобы увидеть, как погасли огни её летательного ранца. Она рухнула на него, угодив одним коленом в его плечо, а другим чуть ближе к шее. Более пятидесяти килограмм веса, в тот момент, когда он был дезориентирован и потерял равновесие.
Он упал, она отскочила в сторону, за пределы досягаемости.
«Ускользай от атак противника, используй их».
Он дал груди удариться о пол, погружая руки сквозь поверхность. Потянулся.
Но она была слишком быстра и уже реагировала. Она выбрала на поле боя отличную позицию, не позади него, не сбоку — прямо над ним. Вынуждая его смотреть вверх, терять ориентацию. Лёгкое движение в сторону вынуждало его разворачиваться только для того, чтобы удержать её на виду. Не успев этого сделать, он ощутил стремительный удар, вновь лишивший его равновесия.
В этом — вся она. Насекомые навалились всей массой, обматывая нитями шёлка, жаля и кусая.
Она почти не сдерживала себя, разве что не наносила долговременных повреждений и не пыталась убить. Она не следовала правилам, не была снисходительной, проявляла минимум милосердия, если вообще проявляла. Она не думала о его чувствах, о том, что систематически, методично разрушала уверенность, которую он в себе выстраивал.
Впрочем, нет. Она не была безжалостна, и не совсем опрометчива. Она не щадила его, поскольку верила, что он сможет это пережить, сможет восстановить потерянную уверенность и удвоить усилия.
