И всё же мы смогли его ударить.
— Шестая группа, готовность, — приказал Отступник.
Шестая группа — Танда и неизвестные мне кейпы из Клетки, включая одного, заряженного Гальванатом — вышли вперёд. Тяжеловесы.
Но они не получили шанса.
— Он пропал, — прозвучал в наушниках голос, которого я не узнала.
Все замерли и замолчали.
— Проверяю камеры, мониторы, отчёты… эту сволочь трудно отследить.
Я почувствовала, как замерли насекомые. Не из-за отсутствия ветра.
Я посмотрела вверх.
Сын. Здесь. Прямо над нами, высоко в воздухе, где он казался лишь точкой.
Когда-то я почувствовала исходящее от него отвращение, когда он смотрел на Эйдолона. Ничего конкретного, я не могла объяснить причину ощущения, ни одного движения глаз, бровей или губ. Но я это почувствовала.
Сейчас я ощущала жажду крови. Не ярость. Нет. Ничего подобного.
То же чувство, которое у меня было, когда я оказалась в лапах Луна и он собирался меня убить. То же чувство, когда Ампутация оседлала меня, пытаясь разрезать мне голову. То же чувство, которое я испытала, когда столкнулась лицом к лицу с Душечкой.
Чувство, которое в своей глубине состояло из низменного, животного желания разрывать людей на куски.
Однако он ждал, наблюдал.
Играл с нами.
— Сплетница, — прошептала я. — Он здесь.
— Нет, не может быть.
— Нам нужны способы бегства.
Ответа не последовало.
Я почувствовала как от глухого отчаяния скручивает живот.
— Сплетница?
— Они сказали нет. Котёл сказал нет.
— Теория Струн задела его, по крайней мере, ударила. Нам нужны остальные, возможно они тоже смогут что-то сделать. Не говори мне, что они собрали сильнейших кейпов, а потом, когда ситуация усложнилась, бросают их здесь умирать.
— Ты не понимаешь. Мы выбрали противоположную сторону планеты на другой Земле. Он не должен был попасть к вам.
— Но он попал.
Она не ответила.
Один из кейпов Клетки каким-то образом понял тоже что и я. Возможно он ощутил враждебность, наполнившую воздух, и проследил до её источника.
Раздался приглушённый вскрик. Заметили и другие.
Золотое свечение стало ярче. Более зловещим. Словно ещё одно солнце, висевшее не на своём месте на затянутом тучами небе.
Если бы я была Рой, то попыталась бы пожертвовать собой.
Если бы я была Шелкопрядом, я бы попыталась смириться с мыслью, что придётся погибнуть, ради того, чтобы Котёл мог сохранить порталы и продолжить бой. Ради общего блага.
Но в глубине души я не была никем из них.
— Котёл, — пробормотала я. — Вы слушаете, тем своим жутким всеведущим кейпом. Вы смотрите. Если вы не уверены что делать: позволить Сыну увидеть вблизи ваши порталы и дать выследить вас или позволить ему убить всех нас, я, блядь, голосую! Спасайте нас!
Ничего.
— Он уже знает, должен знать, иначе он не нашёл бы нас так быстро. Ну же, давайте!
— О господи, — произнёс кто-то. — О господи, о господи.
Насекомые, усеивающие платформу, не чувствовали ни единого признака появления порталов.
Я закрыла глаза.
— Прости, Тейлор, — сказала Сплетница. — Хотела бы я…
Голос оборвался, когда энергия атаки Сына прервала связь.
— Бегите! — закричала я и последовала собственному совету.
Золотое свечение вокруг Сына затвердело, образуя сферу. Потом начало падать.
Остальные уже пытались убраться подальше, но отступать было некуда. Порталов не было, спрятаться негде. Скорость и размер сферы говорили об одном: люди в центре не смогут спастись.
Я держалась ближе к центру, чтобы лучше видеть всё, что происходило по другую сторону порталов. Я была одной из них.
В течение нескольких лет я регулярно занималась бегом, прерывая тренировки только из-за травм, в особо загруженные недели и в тюрьме. Годами я стремилась к большему, заставляла себя двигаться быстрее, укрепляла ноги и тренировала выносливость. Сейчас я использовала всё, чему научилась, чтобы рвануть вперед так быстро, как только могла. Крылья на моем ранце раскинулись, ускорители придали дополнительную скорость.
Лабораторный Крыс, который, видимо, осознал тщетность попыток спастись, вообще не пытался бежать. Он развернулся, держа в руке устройство размером с бейсбольный мяч. Технарь швырнул его, стараясь добросить до воды.
Не удалось. Лабораторный Крыс не походил на тех заключенных, что проводили время в качалке. Мяч не долетел до воды и покатился обратно.
Он выругался на языке, которого я не понимала, и побежал к устройству. Слишком медленно. Раз уж он не успевал спастись, прыгнув через край, то и достать его не сможет.
Мои насекомые набросились на устройство, заставив его катиться. Оно перевалилось через край. Лабораторный Крыс остановился.
Насекомые вокруг него уловили одно единственное слово: «Ангел».
Люстрация использовала свою силу. Это было похоже на ощущение, которое бывает при столкновении со стеной, но не в физическом плане. На мгновение мой мозг отключился, казалось, что тепло и энергия покинули тело, как будто кто-то щелкнул выключателем. Силы тоже меня оставили, радиус действия сжался до точки, контроль моментально сбился. Мгновением позже всё вернулось. Я пошатнулась, и чтобы не упасть, удержала себя антигравом.
