— О нет, это уже не так прикольно, — сказала Чертёнок. — У тебя был рабочий план, а ты позволяешь Сплетнице тебя переубедить. Ну давай же! Отправьте психопатку с арбалетом, а я останусь здесь. Моя сила будет передавать совершенно неверный сигнал. Вообще неверный.
— Тшш, — сказала Сплетница и нахмурилась. — А почему Призрачный Сталкер?
— Потому что Чертёнок… слишком пассивна.
— Абсолютно пассивна, — пробормотала Чертёнок.
— Как и Призрачный Сталкер, — сказала Сплетница.
— Но не пассажир Призрачного Сталкера. Если есть какой-то подтекст, какой-то способ, которым пассажир оказывает влияние на наши действия, тогда Призрачный Сталкер определённо под воздействием. Я читала её старое досье, изучала её историю.
— Чего?! — спросила Призрачный Сталкер.
— Она стала агрессивной после того, как получила свою силу. Более того… — я попыталась подобрать слова.
— Ты читала моё досье?!
— Она проявляла больше агрессии, чем было бы у большинства людей на её месте. Она срывалась, сначала без цели, затем направленно, на конкретных людях. Только это было то же самое количество насилия, просто сконцентрированное в нескольких эпизодах, в течении довольно-таки интенсивной кампании травли.
— Ты это по старой памяти делаешь?
— Так и решим, — сказала Сплетница. — Доверимся нашей интуиции. Чертёнок и Призрачный Сталкер — на крышу. Сука, либо ты, либо Ублюдок должны перебраться на Пендрагон. Канарейка на крыше Пендрагона должна петь, но так, чтобы никто не слышал.
— Ты меня наружу не выставишь, даже не думай, — сообщила Призрачный Сталкер.
— Так ты боишься, — сказала Чертёнок. — Это так мило! Это страх высоты или страх перед Симург?
— Я не боюсь, — возразила Призрачный Сталкер. — Я просто веду себя разумно. Это же безумие, и ради чего? Играть в шарады с Губителем?
— Это была метафора, — сказала Сплетница.
— Звучит абсолютно по-идиотски.
— Я передумала, — сказала Чертёнок. — Я пойду. Не хочу быть похожей на эту изнеженную принцессу на горошине, и чтоб меня называли трусихой.
— Я не боюсь, — сказала Призрачный Сталкер.
— Мы никогда раньше не встречались, — сказала Чертёнок. — В бою или в драке. Я только слышала о тебе истории. Как ты подстрелила Мрака из арбалета, прямо в живот. У него ушёл месяц, чтобы восстановиться. Я привыкла считать, ну, что ты типа задира, а ты просто кисонька.
— Она просто шпана, — сказала я. — И готова драться только с противниками, которых точно может побить.
— Я сражалась с двумя Губителями, — сказала Призрачный Сталкер и ткнула в меня пальцем. — Я знаю, что ты пытаешься сделать. Пытаешься манипулировать, чтобы поставить меня в опасное положение, где я сдохну. Иди на хуй.
— Сражалась с двумя Губителями в составе армии. Но в одиночку, встать на линию огня против кого-то, кто больше тебя и сильнее? Нет. Ты гопота, ты никогда не сделаешь ничего подобного.
— Иди на хуй, Эберт. На хуй!
Высказавшись, она прошествовала мимо меня к кабине. Она прошла сквозь стекло и забралась на нос корабля, где припала к обшивке. Её развевающийся плащ загораживал обзор, несмотря на то, что оставался прозрачным, но шансов на то, что мы во что-то врежемся, не было.
Минута ушла на приготовления. Нарвал создала платформу из силовых полей и осторожно перенесла Рейчел на Пендрагон. Я смотрела на их невыносимо медленное перемещение и абсолютно неподвижную Симург.
Сигнал тревоги вспыхнул ещё раз, когда она шевельнула головой, наблюдая за плывущей платформой.
Понадобилось несколько долгих секунд, чтобы сердце перестало пытаться выпрыгнуть из груди. Она не забыла о нас, жалких людях.
— Девочка права. Это выглядит… нелепо, — прогрохотал Лун.
Отлично, Лун и Призрачный Сталкер на одной волне. Как чудесно.
— Да, немного, — сказала Сплетница. — Но я надеюсь, что если это не сработает, то нас оценят за старание.
— Губители вас не оценят, — отрезал Лун.
— Нет, полагаю, нет, — сказала Сплетница и наклонилась, чтобы почесать за ухом Ублюдка, но замерла, когда тот отдёрнулся, явно нервничая в присутствии незнакомца.
— Нелепо, — повторил Лун. — И вы закончили в середине разговора. Она всё ещё ждёт, пока ты продолжишь.
— Ей всё равно. Уверена на девяносто девять процентов. Нужно понимать, она даже близко не человек, особенно если заглянуть поглубже. Мы делим мир на чёрное и белое, она же — на пустоту и материю. Думает абстракциями или с точки зрения причин и следствий, заглядывая в будущее и изучая, как всё повернётся. Так что мы попробуем, и, может быть, что-нибудь получится.
— Хмм, — пробурчал явно не впечатлённый Лун.
— Начнём заново? — спросила меня Сплетница.
Я кивнула.
— Так что, Симочка, Эйдолон создал тебя, или он был таким противником, с которым у вас появилась эта странная заклятая дружба. Не так как в школе, а настоящие отношения любви и ненависти. Ты знаешь, что я имею ввиду. Ты сражалась с ним так долго, что узнала его, и начала уважать, и уважение переросло в нечто большее.
— Тебя понесло, — пробормотала я.
Сплетница слегка помотала головой.
— Что бы там ни было, ты отреагировала на то, что его не стало. Мы здесь, поскольку мы просим тебя…
