Сам Рупал заявил, что к нему явился Бог и предупредил, что мне предстоит тысячу и один раз переродиться низшим существом, если я не отзову заявление на братьев. Мол, в следующей жизни я стану презренным червем и буду ползать под ногами у людей, а те — меня топтать. Так действует индуистский закон перерождения и кармы. Если я продолжу свое злое дело, грозился Рупал, то навек застряну в повторяющемся круге жизни и буду каждый раз рождаться все более и более низменным созданием. Мой кармический долг — простить братьев и покаяться в грехах. Рупал предупредил, чтобы я не слушала Анджали; мол, ее дьявол прислал, чтобы меня развратить, она — исчадие ада.
Когда посланник Рупала сообщил мне об этом, я сразу поняла, что должна сделать: послушать Анджали. Меня и так мужчины всю жизнь топтали. И так относились ко мне как к червю. Даже если бы сам Бог придавил стопой мою голову, ниже, чем сейчас, я бы уже не пала.
И зернышко, маленькое зернышко, что росло в моем животе… Что я скажу этому зернышку, когда оно спросит, сделала ли я что-нибудь, чтобы восстановить честь его отца и отомстить за его гибель? Ради моей маленькой Абру я ходила с Анджали в участок и спрашивала, внесли ли братьев в список обвиняемых. Мудрая Анджали знала, как поступить. Она рассказала обо мне Шэннон, женщине с волосами красными, как огонь. Узнав, что белая женщина, иностранка, интересуется их липовым расследованием и задает вопросы, полицейские занервничали.
Братья отняли у меня мой брак и превратили его в головешки. Рупал пытался меня запугать, сказал, что я превращусь в червя. Так было всегда: тысячи лет назад даже наш бог Рама испытывал добродетель своей жены Ситы, заставив ее взойти на костер — агни парикша, испытание огнем. В отличие от меня, Сита вышла из огня невредимой. Впрочем, я же не была женой бога; я была женой простого смертного, доброго человека.
Я рассказала об этом Анджали, и та велела мне забыть о старых сказках.
— Послушай, Мина, — сказала она, — когда ты смотришь на себя в зеркало, что ты видишь?
Я заплакала.
— Лицо, которым пугают малых деток, — ответила я, — изувеченные руки калеки.
— Именно, — кивнула Анджали. — Поэтому ты должна научиться заглядывать внутрь себя. Смотреть на себя по-новому и видеть истинную Мину. Огонь многое у тебя отнял, но ведь что-то осталось. Понимаешь?
Я не понимала.
Тогда Анджали сказала кое-что, чего я раньше не знала. Она объяснила, как закаляют сталь.
В огне.
Глава десятая
