Тем не менее другие сетевые писатели настаивают, что хотя
“Геббельс действительно не говорил этого, это говорил сам Гитлер в разговоре с Hans Ritter von Lex. И было это 13-го марта 1933, а не 12-го. Перевод тоже получился у автора довольно вольным, но суть дела это никак не изменяет. Вот документальное подтверждение: www.ifz-muenchen.de/heftarchiv/2002_1_5_dierker.pdf (страницы: 27–29). По всей видимости, переводчик либо все сильно переврал, либо это был очень вольный перевод, либо существует более ранний текст Геббельса, где он позволил себе выразиться более откровенно. Финансового аспекта в данном тексте не прослеживается, хотя в изначальной цитате весь упор идет именно на “продажность западу” (http://ehrte.livejournal.com/29878.html).
В общем, не очень-то похоже.
К чему я все это рассказываю? Дело в том, что даже без этих разысканий в исходной цитате кое-что должно было бы читателя насторожить. Среди прочего я имею в виду слово Запад. Сразу вспоминается пушкинское:
“А далеко, на севере – в Париже –Быть может, небо тучами покрыто,Холодный дождь идет и ветер дует.А нам какое дело?(Каменный гость)Благодаря этому “на севере – в Париже” читатель сразу как бы переносится в Испанию.
Конечно, географически Англия и тем более Америка западнее Германии, но с чего бы Германии вдруг исключать себя из списка западных, а не восточных стран и выдумывать какой-то фантастический Запад, который вредит ей? Нет, это слово сразу перенаправляет нас в Россию, это наш родной культурный миф: Евразия или Азиопа, “Да, скифы – мы! ‹…› держали щит меж двух враждебных рас – монголов и Европы!” А уж “острый галльский смысл” или “сумрачный германский гений”, “парижских улиц ад” или “Кельна дымные громады” – это для нас почти что одно и то же. И Drang nach Osten – “натиск на восток” – это совсем не из Франции к Германии, а дальше, дальше.
Кстати о Франции и Германии. Знаменитая книжка Ремарка 1929 года, впоследствии запрещенная и сожженная в нацистской Германии, которая в русском переводе называется “На Западном фронте без перемен” и в английском примерно так же, в оригинале озаглавлена Im Westen nichts Neues – дословно “На Западе ничего нового”. Конечно, если бы название перевели буквально, и по-русски, и по-английски оно было бы совершенно дезориентирующим.
В каждой культуре страны света обладают своими коннотациями. У американцев насыщено множеством смыслов и ассоциаций противопоставление Севера и Юга, а в русской картине мира Юг не всегда хорошо отличим от Востока: одного и того же человека одни назовут южным, другие восточным. А уж сколько в Америке своих ассоциаций с Западом (ковбои, вестерны и т. п.)! Об украинском понятии западенцев я вообще молчу (ну и тем более не будем отвлекаться на пропагандистскую функцию выражения “юго-восток Украины” для обозначения восточных областей Украины).
Конечно, есть общее для европейской культуры противопоставление Восток – Запад (Rudyard Kipling. The Ballad of East and West):
“Oh, East is East, and West is West, and never the twain shall meet,Till Earth and Sky stand presently at God’s great Judgment Seat…– О, Запад есть Запад, Восток есть Восток, и с мест они не сойдут,Пока не предстанет Небо с Землей на Страшный Господень суд.(Перевод Е. Полонской)И когда в фильме “Белое солнце пустыни” (истерне, а не вестерне, кстати) говорят: “Восток – дело тонкое”, – мы прекрасно понимаем, о чем тут речь, и это в русле “киплинговской” традиции. Но кроме этого, есть еще и другое.
