Ого, а вот и приватная беседа. Сейчас узнаю для чего все затевалось. Сначала общую почву прощупала, а теперь предстоит допрос с пристрастием. Спинным мозгом ощущаю, что у княгини сил и возможностей много больше, чем видно на первый взгляд. И мне она нужна союзником, а никак не врагом. Мы выходим через соседнюю комнату на закрытую галерею.
- А замужняя ли ты, Ярослава?
- Нет, государыня. И не собираюсь.
- Отчего же?
- А зачем? Зарабатываю я хорошо, за себя постоять могу. Зачем мне муж?
- А дети как же?
- Если захочу родить – выберу подходящего мужчину. Но жить мне с ним зачем? Хлопотно. Ребенка сама подниму и воспитаю. У нас не возбраняется ребенка без мужа растить.
- То есть ты на сына моего видов не имеешь? – испытующе посмотрели на меня сине-зеленые глаза.
- Скорее я смотрю и удивляюсь, как такого красивого мужчину не окольцевал никто. Но сама... Я же здесь временно. Рано или поздно домой вернусь.
Показалось, или княгиня вздохнула с облегчением?
- Ох, не береди раны мои, Ярослава. Совсем отчаялась я внуков поняньчить. Не хочет князь жениться, ни в какую. Хотя и понимает, что наследник нужен. Но отнекивается да яриться начинает, ежели настаиваю.
- Может ему те, девушки, что здесь, под боком, не интересны? В моей стране в древности обычай был такой, - задумчиво говорю я, – смотрины невест. Со всей страны привозили самых красивых девушек из хороших семей. И правитель сам выбирал, долго и вдумчиво. Сначала несколько сотен, потом с десяток – а потом и одну единственную. А родственницы правителя с лекарями отслеживали, чтобы больных да порченных не было, - вспомнилась мне традиция времен Ивана Грозного.
- Как интересно, - тянет мать князя, - но ведь не согласится! Точно знаю.
- А если мы с двух сторон начнем действовать? Исподволь, потихоньку. Тут уж он не отвертится.
- Я-то согласна, а твой в чем интерес? – допытывается она. Не доверяет. Пока.
- Считайте, что хочу, чтобы такие глаза по наследству передались, - говорю я, улыбаясь, - выберем ему самую смирную и нежную. Какой и должна быть жена князя. А быть умной – уже вы научите.
- Хитра ты, Ярослава. Всего не говоришь, - щурится княгиня.
- Да кто же при первой беседе все вываливает?
- Ну тогда… разрешаю тебе приходить ко мне без приглашения. О многом мне с тобой побеседовать нужно, - княгиня направилась к выходу. Потом оглянулась и улыбнулась с хитринкой, - и да: нравится мне как ты мужиков строишь. Особенно воеводу. Давно пора было.
[1]Рясна- древнерусские подвески-украшения, крепившиеся с двух сторон к женскому головному убору или ленте-очелью.
[2]Оплечьеили широкий воротник, надеваемый поверх парадного платья, покрывающий, украшающий или защищающий плечо, отсюда и название этой детали.
Две недели прошли в тишине и покое – мой главный раздражитель уехал, остальные меня задевать побаивались. Скорее привыкли, перестали оглядываться каждый раз, когда мимо прохожу. Самые смелые даже подходили посоветоваться. Что ж, лед между мной и старшей дружиной потихоньку трескался, хотя я не форсировала. Чтоб не подумали, что добиваюсь особого отношения или навязываюсь.
Ждану-кузнецу я подробно рассказала все, что помнила о дамасских клинках, о том, в какую сторону и сколько раз складывают и проковывают полосы металла. Он повертел мои листки с каракулями, почесал затылок и побежал с горящими глазами домой, в кузню. Любознательный парень оказался, пытливый, с радостью позже демонстрировал свои задумки да наработки.
Я заглядывала к нему в кузню с завидной регулярностью. Во-первых, мне просто нравилось слышать звон и лязг металла, вдыхать горячие запахи кующегося железа, изучать нехитрый инструмент. Во-вторых, парень каждый раз искренне радовался, ибо благодаря мне он постепенно становился главным: отец все же начал сдавать позиции. Видимо винил в этом меня, так как встречал насуплено, отворачивался. Никак не мог самому себе признаться, что зря со мной собачился. Ну да ничего, оттает. Я по делу в кузню захаживала, да и самому старику было страсть как интересно, что мы такое с его сыном задумали.
Главная кухарка с княжьей кухни также оказалась приятным собеседником и бесценным источником информации. Каждый раз, когда я наведывалась к ней – из меня выуживали новые рецепты, а я выуживала подноготную жителей княжьего терема. И надо признаться, за тишиной и благолепием хором скрывалось бурлящее житейское море и те самые скелеты в шкафу. Как у всех.
Как-то в один из дней я после обеда сидела с кухаркой в уголочке на кухне. Зная строгий нрав Руты, нам уже не мешали. К моему частому присутствию привыкли и даже махнули рукой – чужестранка, что с нее взять? Прихлебывая холодящий язык Велеславов напиток, я надиктовывала Руте рецепт соуса бешамель и заодно рассказывала, как меня на днях княгиня к себе вызывала для посмотреть и пообщаться.
- Глаза у Дивляны красивые, и сыну их передала.
- Это да! Правда в юности она их едва не выплакала. Долго ей боги детей не посылали, несколько лет поди. Ох уж и серчал на нее князь, супруг ее, бранил почем свет стоит.
