Я же смотрел на инков и вспоминал обстоятельства недавнего по времени, и столь отдалившегося под давлением новых событий в памяти, крушения яхты "Аретуза". Как часто в последнее время память возвращает к моментам прошлого, которые, - на первый взгляд, - не имеют никакого прямого отношения ко дню текущему. Я пытаюсь научиться определять скрытую связь дней прошлых с днем сегодняшним. Крушение, маяк... Маяк можно приобщить к загадке Фрэзи и назвать ее именем. Но центральное белое пятно там не она, - Гарвей! Да, требуется скорая встреча со смотрителем маяка, с живым человеком, носящим имя литературного героя! Иначе... Иначе, если я не прислушаюсь к этому и другим зовам собственного подсознания, меня ожидает новое крушение. И не только меня. Близость незапланированных несчастий для дорогих людей, почти осознанная их неотвратимость, - как это нелепо для человека предрайской эпохи! Для поколения героев.
Центурион Эномай понравился всем без исключения, и сразу. Ростом более двух метров, с фигурой тяжелоатлета, серой кожей, - наследием предков-африканцев, - зелеными глазами, спрятанными глубоко в складках век, он казался неуклюжим и неловким. Как северо-американский гризли, пока его не потревожишь.
- Центурию борьбы со Чрезвычайными ситуациями следовало бы создать давным-давно. А сейчас, - я удивлен, как быстро Теламон провел ее утверждение.
Голос центуриона катился по саду Дома Инки гулкими чугунными шарами, вызывая раскаты мощного эха. Золотые и серебряные листочки полуслышно звенели, а металлические зверюшки-насекомые с птичками приготовились сделать первое движение лапками-крылышками. Светлана смотрела на него восхищенно, как на доброго могучего джинна, выскочившего вдруг из сказочной лампы для исполнения ее желаний. Гилл настороженно спросил:
- Но почему к нам? Ведь мы, - как это говорилось когда-то? - в некотором смысле оппозиция.
- Вот именно! - громогласно согласился центурион, - Но по отношению к кому оппозиция? По отношению к Сиаму! А лучшей рекомендации для меня быть не может!
Друзья переглянулись. Похвальная, завидная откровенность! Этот громогласный гигант сразу внушал симпатию по всем параметрам. Что обеспокоило: их группу на самом деле считают действующей оппозицией к верховной власти.
- Ведь центурион я пока номинально. Беспомощен и безоружен, если сказать правильно. Беспомощен перед разгулом человеческих страстей, перед стихией, перед угрозой со стороны Лабиринта и даже от чужих звезд.
- А разве от Лабиринта исходит угроза? - с наивным интересом спросил Фрикс.
Зеленые глазки серокожего гиганта превратились в щелочки, а сам он сделался похож на изящную пантеру. И куда пропало ощущение неуклюжести?
- Проверяете? Правильно! Скоро и проверять-то некого будет, если немедленно не начать. Но есть еще одна причина, почему я здесь. У вас имеется связь с Лабиринтом? Я хотел сказать, с людьми, которые там...
- Люди там наши, - с заминкой ответил Гектор, - Но связи нет. Хромотрон туда не проникает.
- Хромотрон там давно дома. Вместе с Сиамом. Римак пригласил на очную встречу "вождей этого мира". Он так и заявил: "вождей..." Но мне показалось, ваша группа имеет право и обязанность присутствовать. Правильно так сказать?
- Так сказать очень правильно! - в тон ему ответил Гилл.
- В таком случае я исчезаю, мне пора. Предупредить незаметно ваших я смогу. Вас встретят у входа в Лабиринт.
Эномай неожиданно легкой походкой направился к выходу из сада. Фрикс вслед ему прокричал:
- А чем вы занимались до Центурии?
- Службой охраны Консулата...
- спросил сам себя Гилл. Спрашивать кого-то еще из присутствующих было бессмысленно, - все удивлены не меньше.
Подходы к Пакаритампу выглядели неузнаваемо. Вахтовые дома стоят тесно, скученно: на коротких мощных стеблях громадные початки кукурузы распределились группами по десятку и более во многих местах. И окаймили подножие горы золотой подковой. Ярусом ниже подковы, в направлении Коско, выросла роща белых и фиолетовых сверхшелковиц. Рощу накрыли прозрачным, сверкающим пузырем, а под ним неторопливо ползали по веткам громадные пауки разных мастей.
Говорили Фрикс и Гектор.
- Ужас! - с отвращением воскликнул Фрикс, - Кто организовал столь крупное безобразие?
- Кому-то понадобились веревки-канаты. Или сети. Судя по всему, плетутся разных диаметров и цветов. Видите, паутина разноцветная? Похоже, вязать нас собираются. А специалистов тут не одна сотня... Пока мы сидели-думали, Сиам под крышей Консулата создал центр по изучению Лабиринта. Квартирки-то все однотипные, одноразмерные.
- И чего-то успел-таки достичь, судя по размаху. Но как понять его горячую любовь к невидимке, прячущемуся за камнями? Ведь открыто рискует всей своей биографией.
- Видимо, ему обещана должность директора Рая, - рассмеялся Гектор, обходя паучий купол, - А канатами он огородит доверенную ему территорию. Теми канатами, что останутся после нас.
