- Наш отец исправит мою ошибку. Он сможет. К сожалению, во мне не нашлось того, чего в нем в избытке. Не всё передается по наследству. И не всё можно обрести. Хоть тысячу лет проживи.
Светлана ахнула:
- Папа важнее короля... Интересно... А мама поменяла его на Адраста. Какая тут выгода?
Элисса дернулась всем телом. Удара отсюда она не ждала. Но промолчала. Гилл и Вайна усмехнулись одновременно. Король поднялся и сказал официально-нейтральным тоном:
- Прощаться не будем. Меня ждет Золотой Дом. Мой дом. Транспорт готов.
Он шел неторопливо, но твердо. Ноги в коленях не гнулись, правая рука безвольно болталась. Вслед ему смотрели двое. Уже неплохо для уходящего насовсем. Третья, Элисса, с тоской рассматривала свое отражение в зеркальце и шептала, но так, чтобы слышно было рядом:
- Ну почему именно со мной такое? У других, - порядок, о них думают, заботятся...
- У тебя? - не выдержал Гилл, - А у Светланы? У Иллариона, наконец?
Всем троим стало понятно: реконструкции семьи не бывать. Не из чего реконструировать.
Виракоча исчез. На Земле как будто ничего не изменилось. Население продолжало уменьшаться и дичать с тем же упорством и с той же стремительностью.
- Надо поговорить, брат! - сказал Агенор, - Противника нет, война закончена, но победы нет.
- Нет и поражения, брат. Ничего нет, - добавил Хуанди.
Принц вторые сутки спал, заняв хозяйскую спальню. Гилл столько же времени смотрел через окно на озеро. И в доме, и за окном ничего не менялось. Если не считать смены дня и ночи, которой он не замечал. Таким его застали "братья" из Команды "Майю".
- Поговорим! - охотно он согласился, - Но у меня нет ничего к столу. А где Элисса со Светланой, я не знаю.
- К столу у нас кое-что есть, - сказал Кадм, пытаясь поймать взгляд Гилла, - И где твои дамы, мы знаем. А где принц?
- Спит. Не надо его будить. У него впереди дальняя дорога.
Кадм протянул ему бокал с красным вином, Гилл осушил его одним духом.
- Где король?
Гиллу ответил Эномай.
- Изгнал из Золотого квартала посторонних, остался один, запер все входы.
- Пусть. Ему нужно время, чтобы подготовиться. Поговорим о том, что его ждет?
С учетом особенностей текущего момента стол был изысканно-роскошен, присутствовало даже нарезанное крупными кусками натуральное вяленое мясо.
Но никто ни к чему не притронулся. Усилиями Кадма ходил по кругу размерами походящий на амфору кувшин с вином.
- Вспомним о том, что ждет старого короля, - повторил Гилл, - Ведь он для нас сделал много больше, чем, скажем, я. И сравним с тем, что имели мы. И имеем. Придется использовать архаистические для нас понятия: торговля, рынок, политическое разделение, экономическая зависимость...
- Зачем нам отжившие абстракции? - спросил Агенор, в последние дни необъяснимо полюбивший все бренное, - Мы пришли разобраться в том, что произошло.
Гилла косвенно поддержал все так же не склонный к смене приоритетов экс-консул Хуанди:
- Надо все-таки выяснить, за что мы воевали с Сиамом и Виракочей. Чтобы сохранить то, что было, или же создать нечто другое?
- Вечно живой революционный вопрос, - с неприязнью посмотрев на могучего Хуанди, сказал Эномай.
- А что в этом неестественного? - удивился Гилл, - Куда нам от них деться, эволюций-революций? Их только в Раю не бывает. Я вам предложу, извините за привычку, несколько цитат из документальных источников, а вы думайте. Кто я такой, чтобы иметь на всё ответы и знать рецепты всех блюд? Прежде о том, что отличало Тавантин-Суйю от всех прочих в пространстве, да и во времени.
"Государство, объединившее все население в пределах большой природно-ландшафтной и культурно-хозяйственной области или даже нескольких областей, при этом лишившее подчиненные политические единицы не только независимости, но и реальной автономии, есть империя. Этого уровня в древней Америке достигли только Инки".
"В городах Инков рынков не существовало вообще, а обитатели получали все им положенное с государственных складов".
"Отсутствие независимо действующих торговцев, рынков, свободного обмена и тому подобное - одна из кардинальных особенностей..."
- Может, достаточно? - попросил Агенор, - Я начинаю понимать. А я - не из самых умнейших здесь. Так Виракоча строил рай в инкском эксперименте. Но позже, где-то посредине между ними и нами, был еще прецедентик! Более масштабный, но тоже неудавшийся.
- Империя Мартова в России? Тоже попытка Виракочи? - с интересом повернул голову к Агенору Эномай.
- Какой такой Мартов? - спросил Агенор.
Глаза Эномая загорелись.
Эномай заговорил, став похожим на модного оратора Рима:
